Жена вместо истинной. Подмена у алтаря - Кристина Юраш Страница 79

Я наклонился ближе. Так близко, что они могли почувствовать запах дракона, исходящий от моей кожи.

— Я хочу видеть заботу. Вашу заботу к Анне, — произнес я мягко, почти ласково. И эта ласка была страшнее крика. — Внимание. Уважение. Цветы. Подарки. Разговоры по душам.

Леди Лория моргнула, не веря своим ушам.

— Вы будете играть роль идеальных родителей, — продолжил я, и уголок моих губ дрогнул в легкой, хищной улыбке. — Вы будете улыбаться ей. Вы будете спрашивать о ее здоровье. Вы будете интересоваться ее мнением.

— Но… ваша светлость… — запинаясь, начал Примваль.

— Если леди Дартуар хоть на секунду усомнится в вашей родительской преданности… — я выпрямился, поправляя манжету. — Если она почувствует холод, равнодушие или пренебрежение… Как раньше…

Я слегка улыбнулся. Настоящей, холодной улыбкой дракона, который знает, где находится самое уязвимое место добычи.

— Я усомнюсь в вашей способности сохранить имущество, титул и свободу. А я редко ошибаюсь в таких вопросах.

Повернувшись, я направился к двери. Мне больше нечего было им сказать. Урок был дан. Теперь они были моими марионетками. И они знали это.

Когда дверь захлопнулась за моей спиной, отрезая меня от их испуганных лиц, я вышел на улицу.

Дождь усилился. Холодные капли стекали по лицу, смешиваясь с потом.

Я сел в карету, и только когда колеса тронулись, позволяя дому Примвалей раствориться в темноте, я позволил себе выдохнуть.

Руки дрожали.

Не от холода. От ярости.

На себя.

«Зачем?» — спрашивал я себя, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. «Зачем ты это сделал?»

Анна мне никто. Она — замена. Ошибка. Временное неудобство.

Логика кричала, что я должен был просто наказать Примвалей за еще одну попытку меня обмануть, аннулировать брак и забыть их всех. Что я должен был думать об Аннабель. О своей истинной.

Но вместо этого я встал на защиту «серой мыши». Я дал им приказ любить ее. Я сделал ее своей собственностью, чтобы защитить от тех, кто должен был беречь ее по праву крови.

Дракон внутри рокотал. Он был доволен.

А я ненавидел это чувство. Ненавидел ту тяжесть в груди, которая не уходила. Ненавидел тот факт, что мысль о том, как они будут теперь лебезить перед ней, вызывать у меня не облегчение, а странное, извращенное удовлетворение.

Я вытер лицо мокрой перчаткой, чувствуя вкус меди во рту.

«Это просто стратегия», — соврал я себе в темноте кареты. — «Чтобы она не сбежала. Чтобы она не создала проблем».

Но даже дракон знал, что это ложь.

Я защищал ее не потому, что она была мне нужна.

А потому, что никто другой не имел права ломать то, что принадлежало мне.

Даже если я сам еще не решил, хочу ли я этого.