Имперский вор. Том 2 - Дмитрий Ра Страница 79

Становится настолько ярко, будто тысячи прожекторов засветились одновременно. По ушам бьёт звук, похожий на сирену, и всё помещение заполняет густой белый туман. Так быстро, что я не успеваю задержать дыхание. Едкий газ попадает в лёгкие, и я теряю сознание.

Темнота.

Но посмотрев на это, Осипов не останавливается.

Следует ещё блок вопросов. Иногда мне кажется, что они не связаны друг с другом, но Осипов кивает и постоянно что-то печатает в своём планшете. Он даже спрашивает, для чего я приходил в больницу к Максу Горчакову. И есть ли у меня девушка.

Другими словами, менталист умело создаёт своего рода качели – поднимая и те темы, которые я должен посчитать безопасными для себя, и другие, которые по-настоящему интересны самому Осипову.

Вот только он не может знать, что для Никраса Борха, инквизитора из другого мира, опасна любая «безобидная» тема. Наш «разговор» – как минное поле: слишком легко выдать естественную реакцию на простейший вопрос. А потому я внимателен вдвойне. И втройне настороже.

— А что вы знаете о духовных зверях, князь? – внезапно интересуется он, и я опять еле успеваю затормозить свои воспоминания.

Потому что в моём мире есть техника привязки духовного зверя. И она строго контролируется государством. Это как… очередь на донорство почки в этом мире. Нельзя просто взять и безнаказанно выпотрошить другого человека, чтобы добыть нужную тебе запчасть.

В моём мире все духовные звери находятся под охраной государства. А для того, чтобы пересадить в свой источник сущность такого зверя, нужно, чтобы он находился при смерти или только-только погиб. В этом случае есть шанс привязать зверя к себе, напитать его своей силой и использовать в бою.

Есть те, кто убивает зверей и занимается незаконной подсадкой. Но за такой «бизнес» можно и на виселице оказаться.

А вот в том, что касается тварей, созданных божками, ограничений нет. Как правило, эти чудовища тоже годятся на роль духовных зверей. Вот только они намного опаснее, и справиться с ними зачастую способна лишь инквизиция. Соответственно, душами этих тварей пополняются источники наших воинов.

Однако на памятную многоглавожопую гидру мы облизывались всем орденом, но добыть её так и не смогли…

Естественно, всё это Осипову знать незачем. Поэтому я устраиваю ему настоящий калейдоскоп из картинок: просто быстро-быстро вспоминаю всех известных мне зверей этого мира. И…

…в памяти сам собой выплывает химеринг.

— А это ещё что такое? – тут же привязывается менталист.

— Думаю, так выглядят химеринги, – честно отвечаю я. И начинаю перебирать в памяти рассказы Зверевича.

— Стоп-стоп! Это к делу не относится! – Менталист поднимает руки. – Никита Станиславович, думаю, мы поговорили достаточно. Результаты нашей… хм… беседы я доведу до графа Горчакова. Вы можете быть спокойны.

Да я – само спокойствие. Действующий вулкан по сравнению со мной – суетливая кочка.

Осипов поднимается из кресла и смотрит на меня, словно чего-то ждёт. Поднимаюсь со стула и удостаиваю его коротким поклоном.

Он кивает и выходит из кабинета, а я делаю несколько знакомых пассов: иллюзорное копирование по остаточному следу, привычная напитка тьмой – и на несколько секунд перед глазами появляется планшет. Точная копия планшета Осипова. Единственное, что успеваю сделать, пока он не исчез, – это выхватить глазами фразу: «Духовные звери – проверить техники рода».