Друид. Исток Жизни - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 8

— Что с ним? – спросила она, не открывая глаз.

— Аномалия превратила человека в зверя. Внутри он всё ещё жив. Я установил якорь, чтобы сознание не угасало, но он ранен, и если не поддержать тело – до Истока не дотянет.

— До Истока? – Лиза открыла глаза. – Мы несём его к Истоку?

— Да. Это единственное место, где его тело получит достаточно чистой энергии, чтобы рана затянулась и якорь окреп. Но дорога долгая, а он теряет кровь.

Лиза кивнула. Ни единого лишнего вопроса.

Достала из сумки склянку с тёмно-зелёной жидкостью, мешочек сухих трав и тряпицу. Промыла рану на боку вервольфа, наложила компресс из какой-то пахучей мази, потом влила ему в пасть несколько капель из склянки. Павел дёрнулся, захрипел. Но проглотил.

— Кровотечение я остановлю, – сказала Лиза. – Перелом вправить не смогу. Это не в моих силах, тут нужна другая магия. Но до вашего Истока я его продержу. Только идти придётся без остановок. Каждая минута на счету.

— Пушок, – мысленно позвал я. – Короткий путь к Истоку есть?

Белка на моём плече встрепенулась.

— Есть. Через малинник, потом вдоль сухого русла, потом через ельник. Срежем минут двадцать. Только там бурелом в одном месте, носилки будет весело тащить. Но быстрее по-другому не получится.

— Веди.

— Я, значит, теперь ещё и штурман? За орехи?! Позвольте напомнить, что я – барон! Барон! Потомственный дворянин! А вы меня используете как картографа в извозчичьей бричке!

— Пушок! – мой голос стал строже.

— Иду, иду! Налево, через малинник!

Он спрыгнул с моего плеча и встал впереди нашего отряда. К моему удивлению, никто даже не спросил, почему нас ведёт белка.

Мы шли через лес почти три часа. Виктор держал передний конец носилок. Кирсанов – задний. Грач шёл впереди, расчищая дорогу от веток и валежника.

Лиза держалась рядом с вервольфом, периодически проверяла пульс, меняла компресс, вливала в пасть зверя свои зелья.

Я плёлся позади всех. Ноги уже не держали. Маны не было вообще.

Пушок всю дорогу комментировал. Без перерыва, и это напрягало.

— Левее бери! Там яма! Нет, другая левее! Слушай, Дубровский, ты специально набрал себе отряд из людей, которые не различают право и лево? Вон тот лысый опять в крапиву лезет! О-о, и Кирсанов следом! Это же надо быть таким… Стоп! Стоп, стоп, стоп! Там ручей! Глубокий, между прочим!

— Грач, обойди ручей справа! Не ступай в него, нога провалится! – крикнул я.

— Откуда вы знаете про ручей? – удивился Грач, который стоял в десяти шагах впереди и ещё ничего не видел за кустами.

— Это же мои земли, я здесь всё знаю, – чуть усмехнулся я.

Грач свернул, и через минуту мы действительно вышли к ручью. И продолжили путь дальше.

На полпути Лиза остановила процессию.

— Стойте, – она прижала ухо к груди вервольфа. – Пульс падает. Нужно…

Она замолчала, закрыла глаза, положила обе руки на грудь зверя. Я почувствовал, как от неё пошла волна тепла – целительская магия. Артефакт “Сердце” в её груди слабо пульсировал, подпитывая заклинание.

Через минуту пульс Павла выровнялся.

— Идём дальше, – сказала Лиза. – Быстрее. В следующий раз я могу не успеть.

Виктор, услышав это, прибавил шаг. Носилки закачались.

— Виктор, ровнее! – рявкнула Лиза. – Ты его так растрясёшь!

— Простите, Лизавета Павловна!

— Не “простите”, а ровнее неси!