Смерть под ореховым деревом - Анви Рид Страница 8

— Имя, малявка! – более грозно повторил Рут.

— Прова…

— Иви, – перебила она крестного. – Иви, которая, в отличие от вас, уважительно относится ко времени.

— Я запомню тебя, Иви. Нравится мне твоя спесь. – Рут улыбнулся во весь свой гнилой рот. – И запомни, малявка, у времени нет ценности. Его нельзя продать. Купить. Украсть… Оно бесполезно. Бес-по-лез-но.

Рут пнул прилавок, и часы посыпались на землю. Вившиеся вокруг бандиты громко рассмеялись. Они были такими же мерзкими, как и их господин. И такими же глупыми. Умных людей не насмешило бы столь недостойное поведение. Иви хоть и была ребенком, но знала правила приличия. А вот Рут Робер – явно нет.

Фонштрассе – улица вдоль Рейна, прославившаяся своими многочисленными тавернами. Здесь музыка и громкие голоса не смолкали до самого утра, а у веселящихся горожан вместо крови по венам текли шорле и бурбон. В одной из таверн и играл на пианино Отто. Правда, только в обеденное время, когда посетители все еще напоминали людей, а не безобразных свиней.

Улицу уже накрыла тьма, и экипаж остановился прямо у паба Leerer Kopf[3]. Очередь из толстосумов уже ломилась внутрь, желая быстрее сделать свои ставки. Иви выглянула из окна экипажа и бегло осмотрела толпу. Отто среди них не было. Радоваться этому или нет, Иви не понимала. Быстро покинув экипаж, она поравнялась с герром Шафером. Холодный запах ночи смешался с парами спирта. От этого сразу закружилась голова.

— Держись меня, – скомандовал Шафер. – Зайдем через другой вход.

Иви вопросительно посмотрела на него.

— Для особых гостей вход без очереди, – улыбнулся он.

Обогнув толпу, они зашли за угол, где их встретил высокий мужчина в черном фраке и в шляпе с широким бортом, скрывавшей его глаза.

— Приглашение, – отчеканил он.

Герр Шафер протянул ему красный билет. Тот принял его и, оторвав край, вернул.

— Это кто? – Мужчина ткнул пальцем Иви в плечо.

— Она со мной. Друг семьи, – замешкался Шафер.

— Нельзя.

— Здесь может быть ее брат. – Шафер оглянулся и заговорил тише. – Артист. Пианист. Ну, музыкант, понимаете?

Иви вдруг стало приятно, что Отто прослыл хорошим музыкантом, а не игроком и воришкой. А может… может, это она была о нем плохого мнения и он правда сегодня выступал в этом пабе? Как и обещал, зарабатывал золотые, чтобы помочь семье.

— Имя брата.

— Отто Браун. – Иви пыталась заглянуть надсмотрщику в глаза. Хотела увидеть в них хоть какой-то намек на то, что болван Отто и правда здесь.

— Отто? – переспросил тот. – Худощавый и кудрявый, как пудель? – В голосе послышалась насмешка.

— Верно подмечено, – подтвердил Шафер, не скрывая улыбки.

— Тогда проходите, – вдруг ответил мужчина.

Он кивнул и сделал шаг в сторону, освобождая им путь к двери. Брат точно был тут, и, судя по выражению лица мужчины, у этого дурака были проблемы.

Внутри таверны было еще хуже, чем снаружи. Так шумно, что уши заложило от криков и воя трубы. Так жарко, что длинные локоны прилипли к вспотевшей шее.

— Мне нужно пробраться к сцене! – крикнула Иви. – Проверю, нет ли там брата.

— Удачи, милая! – крикнул ей Шафер в ответ. – Не бей его сильно. Сегодня в этом месте и без вас прольется много крови.

И, улыбнувшись ей напоследок, он слился с толпой.

В пабе яблоку негде было упасть. Эль лился прямо на пол, когда мужчины чокались кружками. Они сидели за круглыми столами, толпились у барной стойки, бегали за бедной девушкой с подносом и, щипая ее то за бока, то за живот, просили добавки. Пахло жареной курицей, по́том и кислым медом. Иви саму затошнило, когда она увидела, как одного из посетителей вывернуло прямо на стол. Зажав нос рукой и сдерживая позывы желудка, она проскользнула к сцене. Несколько раз ее толкнули, наступили на подол серой юбки и, приняв за работницу таверны, схватили за ногу. Огрызнувшись, Иви одарила урода своим самым злобным взглядом. Не сказать чтобы тот испугался, но отпустил и наконец позволил Иви приблизиться к квартету, который веселил своей музыкой посетителей. Хорошо, что трубач сильно фальшивил: стоны трубы отгоняли от сцены пьяных мужчин. Они даже не обращали внимания на двух близняшек-арфисток и мужчину, стоявшего позади с огромным аккордеоном в руках. Отто среди них не было. Черт.