Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви - Лариса Петровичева Страница 80

— Я боюсь, – призналась Азора так, словно речь шла о чем-то очень стыдном.

Будь на ее месте какая-нибудь дама вроде госпожи Бьянки, которая прошла и волю, и неволю, и все, что можно и нельзя, она бы не испытывала ни малейших страданий. Ах приехал бывший муженек? А ну, подать его сюда, я на одну ладошку посажу, а второй прихлопну. Но Азора была не такой. Ее душа до сих пор болела, и я знал, что залечивать раны придется еще очень долго. Ну и ничего страшного. Я не сомневался в том, что мы справимся.

— Тебе не придется с ним общаться, – заверил я. – Даже когда будет суд, ты можешь не ходить. Прокурор сможет свидетельствовать за вас с Глорией, с учетом того сколько вы вытерпели.

Незачем лишний раз бередить раны. Как я когда-то прочел в одном из журналов, нервы лечатся гораздо сложнее, чем все остальное.

Азора посмотрела на меня с такой грустью и надеждой, что у меня зацарапалось в груди.

— Я с тобой, – произнес я, и Азора сжала мою руку.

— Ты даже не представляешь, что это для меня значит, – откликнулась она. – Я теперь точно знаю, что мы с Глорией не одни.

Это прозвучало теплее и ярче любого признания в любви. Что слова? Бывший муж говорил Азоре много пылких слов, я в этом не сомневался, и чем все закончилось? Если любишь, показывай свои чувства на деле – так считают гномы.

В дверь постучали, и в кабинет заглянула одна из горничных, держа в руках большой конверт с множеством печатей. Судя по тому, как сильно он был измят, письмо приехало издалека. Мы с Азорой как-то сразу поняли, что это за письмо, и я почувствовал, как по загривку прошелся холодок.

— Госпожа Азора, это вам.

Горничная поклонилась, протянула Азоре конверт, и я на мгновение ощутил жгучее желание выхватить его и бросить в печку. Мелькнул адрес, написанный изящным почерком. Только эльфы снабжают каждую букву легким завитком. И ведь он уже адрес узнал, сволота!

Азора понимающе кивнула и взяла конверт.

— Что ж, спасибо, – улыбнулась она, но в улыбке не было ничего, кроме льда. – Посмотрим, что он хочет мне сказать.

— Я и так тебе скажу, что ничего хорошего, – вздохнул я. – Прочтешь?

* * *

Азора

Дорогая Азора!

Я был потрясен твоим бегством из Благословенного края. Ты всегда казалась мне воплощением изящества и благородства, и я не ожидал, что ты так разрушишь наш брак и заберешь с собой Глорию.

Но не волнуйся! Я простил твой поступок, пусть он и принес мне много боли. Мы ведь должны прощать тех, кто чем-то нас обидел, – так нам велят боги.

Судьба сложилась так, что я тоже был вынужден покинуть родину с разбитым сердцем…

— С разбитой мордой, если точнее, – усмехнулся Фьярви.

Прочитав письмо, я передала ему лист, и теперь он скользил взглядом по строчкам. Я видела, что Фьярви, не склонный, в общем-то, к злорадству, чувствует искреннюю радость. А во мне не было ничего, кроме возмущения и гнева.

Здесь, в этом мире, мы оба изгнанники. Сама судьба предлагает нам соединиться снова и восстановить наш семейный союз перед лицом богов…

Прочтя о таком лестном предложении, я с трудом сдержала желание выругаться, да погрязнее.

Я понимаю, что ты волнуешься о дальнейшей жизни Глории. Уверен, что ты осознаешь, насколько необходимо девочке жить в полной семье, с отцом. Я знаю: наша дочь умна, она поймет и простит тебя за то, что ты сбежала с ней, разрушив нашу семью…