Рыжий-бесстыжий - Наталья Буланова Страница 82

Все так. Смысла оправдываться, что сделал это для истинной, не вижу.

— И какие последствия?

— Если бы не один факт, дело бы замяли, — вздохнул Влад. — Но Гойя работает в этой лечебнице и увидел тебя там. Он отправил копию этих документов в МСО на случай, если с ним что-то случится.

— Как связаны наши с ним разборки и состояние Ксении? — спросил я.

Включился отец:

— С первого взгляда никак. Но ты вспомни все, что он сделал и что сделал ты, и станет яснее. Провокация удалась.

— Я мог его убить, — возразил я.

Отец пояснил:

— Об этом он не подумал. Погорячился. Но выжил же. И теперь Гойя заявляет, что просто хотел пресечь попытки Ксении рассказать всему свету об оборотнях, а ты его чуть не убил, чтобы все это скрыть, так как отвечаешь за эту девчонку. Еще и показал свою жестокость на весь свет.

У меня было чувство, что я запустил кинжал прямо в сердце врагу, а он взял и вернулся бумерангом мне в грудину.

Я покачал головой. Не верю. Это же бурый, а интеллект — не сильная сторона медведей.

Влад поймал мой вопросительный взгляд:

— Думаешь, Гойю просто так из клана выгнали? Он вечно всех подставлял, сталкивал лбами до кровавых соплей.

Вот как. Знай врага своего. Не переоценивай себя. А то даже самые сильные твои стороны могут обернуться против тебя.

— И чего требует МСО? — спросил я, догадавшись, что по этому поводу и есть собрание.

Похоже, ставки высоки.

— Тебя, — сказал отец.

Это означало, что меня хотят депортировать в камеры верховного суда оборотней в Европе. И скорее всего, я не оценю гостеприимства.

Я молча посмотрел в глаза каждому из глав. Понимал, что раз они здесь, то не хотят отдавать меня в лапы загранцам. Однако если молчат, значит, плана у них нет. Ждут идей от меня?

— В течение какого срока вы должны передать меня? — спросил я.

Мужики стали отворачиваться, отводить взгляды, сжимать челюсти. Спасибо им за поддержку, но все же — сколько дней?

— Три дня, — наконец сказал отец.

Я мысленно проиграл сотню решений, и ни одно из них не было успешным, кроме двух. Первое — Ксения и Василиса должны дать показания, что они не собирались раскрывать мир оборотней и Гойя врет. Второе — убить Ксю, чтобы исключить показания. Последний вариант я осознал, передернулся и отшвырнул в сторону.

А что с первым вариантом? Он почти невозможен. Вывезти двух девушек за границу, чтобы они дали показания в суде, еще можно, а вот убедить Ксю в том, что оборотни безобидны, особенно после двух заходов в психушку, будет ой как сложно.

— Показания Ксю примут? Она же на лечении?

— Нам пришло уведомление, что если мы начнем с ней терапию, то твоя вина автоматически признается. Девчонку не трогаем, — пояснил Влад.

— Значит, у меня три дня, чтобы убедить ее? — уточнил я.

— Да.

Миссия невыполнима, черт побери!

— Понял, принял, пошел действовать. — Я встал со стула. — Спасибо.

— Закажу пропуск в лечебницу для тебя и сопровождающих на три дня, — предупредил Влад, и я пожал ему руку в знак признательности.

Гойя, хрен с горы, смог-таки обернуть мое оружие против меня же.

— Арс, еще кое-что, — обратился ко мне отец.

Я посмотрел ему в глаза, показывая, что обратился в слух.

— Гойя был отпущен под домашний арест по требованию МСО.

— ***! — выругался я.

Тень, лидер Бродячих, рыкнул: