Эндер в изгнании - Орсон Скотт Кард Страница 82

Так что, когда Эндер отправился в экспедицию в поисках подходящего места для приземления нового корабля и основания еще одной колонии, никому и в голову не пришло, что Абра с ним не пойдет. Однако отец отвел Абру в сторонку и поговорил с ним.

– Это серьезная ответственность, – сказал он. – Ты не должен предпринимать никаких опасных действий. Если с губернатором что-нибудь случится, твоей первой задачей будет сообщить мне по спутниковой связи. Ваше местонахождение будет отслежено, и мы немедленно отправим помощь. Не пытайся справиться самостоятельно, не оповестив сначала нас. Ты понял?

Разумеется, Абра понял. Для отца Абра был просто подстраховкой. В совете матери прозвучало чуть меньше пессимизма насчет роли Абры.

– Не спорь с ним, – сказала она. – Или хотя бы сначала выслушай и лишь потом спорь.

– Конечно, мам.

– Ты говоришь «конечно», но ты не очень-то хорошо умеешь слушать. Абра, ты всегда уверен, будто знаешь наперед, что скажут люди. Ты должен давать им договорить, потому что иногда ты бываешь не прав.

Абра кивнул:

– Я буду слушать Эндера, мам.

Она закатила глаза – хотя на других детей кричала, когда они так разговаривали с нею.

– Да, думаю, его ты слушать станешь. Один только Эндер достаточно мудр, чтобы знать больше, чем мой Абра!

– Мам, я не знаю все.

Как можно достучаться до нее, чтобы она поняла, – он становился нетерпеливым, лишь когда взрослые считали, что разбираются в машинах, а сами не разбирались. В остальных случаях он вообще не говорил. Но поскольку в большинстве случаев взрослые думали, будто знают, что не так с поломанной техникой, и в большинстве случаев ошибались, почти все его разговоры с ними заключались в том, что он их поправлял или им противоречил. Или игнорировал. О чем еще ему было говорить со взрослыми, кроме как о машинах? А в этом Абра разбирался лучше их. Однако с Эндером разговоры почти никогда не шли о машинах, речь шла обо всем, и Абра все впитывал.

– Я попытаюсь не позволить По жениться на Алессандре, пока ты не вернешься, – сказала мама.

– Мне все равно, – ответил Абра. – Им вовсе не обязательно дожидаться меня. Вряд ли я потребуюсь им в брачную ночь.

– Абра, иногда ты прямо напрашиваешься на пощечину, – заметила мать. – Но Эндер тебя терпит. Этот мальчик просто святой. Санто Андре.

– Сан-Эндер, – сказал Абра.

– Имя, которое ему дали при крещении, – Эндрю.

– Но имя, которое сделало его святым, – Эндер.

– Мой сын – теолог. И ты еще говоришь, что не обо всем знаешь, – сказала мать и покачала головой в очевидном раздражении.

Абра никогда не понимал, откуда берутся такие аргументы или почему такие разговоры всегда заканчиваются тем, что взрослые качают головой и отворачиваются. Он принимал их мысли всерьез, почему же они не могли относиться к нему так же?

А вот Эндер относился. И Абре предстояло провести дни – а может, и недели – с Эндером Виггином. Они будут вдвоем, больше никого.

Экраноплан был загружен припасами на три недели, хотя Эндер выразил сомнение в том, что поездка окажется настолько долгой. Проводить их пришел По, к которому словно прилипла Алессандра.

– Постарайся не быть обузой, Абра, – сказал брат.

– Ты просто завидуешь, что с ним еду я, – ответил Абра.

Тут подала голос Алессандра:

– По не хочет никуда ехать.

Под этим подразумевалось: ему невыносима мысль покинуть ее хотя бы на секунду.

Однако лицо По ничего не выражало, так что Абра точно знал: может, он и потерял голову из-за этой девушки, но все равно предпочел бы поехать с Эндером, чем остаться с нею. Впрочем, вслух Абра ничего не сказал – вопреки мнению матери о нем. Он даже не подмигнул По, а просто сделал лицо ничего не выражающим – точь-в-точь как у брата. Так смеются индейцы прямо перед лицом тех, над кем смеются, – и при этом никакой грубости, никакой драки.

Поездка оказалась для Абры странным опытом. Поначалу они, разумеется, просто летели над своими полями. Знакомые земли. Затем двинулись по дороге в Фальстаф, расположенный к западу от Миранды. Этот путь был Абре также знаком, потому что в Фальстафе жила сестра Альма с мужем – большим и глупым Саймоном, который всегда щекотал детей до тех пор, пока они не обмочатся, а затем высмеивал их за то, что они писаются в трусики, как малышня. К облегчению Абры, Эндер остановился здесь только поздороваться с мэром, после чего они сразу продолжили путь.

На первую ночь они остановились в поросшей травой горной долине, спрятавшись в ней от поднимающегося ветра. Ночью случилась гроза, но они укрылись в палатке. Эндер сам, не дожидаясь просьб Абры, стал рассказывать ему истории о Боевой школе, о том, как играли в боевой комнате, и о том, что это на самом деле была не игра, а подготовка и проверка лидерских качеств.

– Некоторые рождаются лидерами, – сказал Эндер. – Они просто думают по-лидерски, не важно, хотят ли они сами вести других за собой или нет. А кто-то рождается с жаждой власти, но не обладая лидерскими способностями. И это очень печально.

– А зачем людям хотеть чего-то, в чем они не хороши? – спросил Абра.

Он попытался представить, что хочет стать ученым, несмотря на проблемы с чтением. Это же абсурд!

– Власть – странная штука, – сказал Эндер. – Люди видят ее, но понятия не имеют, как это работает.

– Знаю, – ответил Абра. – Большинство людей так же ведут себя с машинами. Но все равно пытаются их починить и делают только хуже.

– То есть ты это точно понимаешь. Люди не видят, что делает лидер, видят только, как все уважают хорошего лидера. И хотят получить такое внимание и уважение, не понимая, чтó они должны сделать для того, чтобы этого добиться.

– Все уважают тебя, – сказал Абра.

– А я почти ничего не делаю, – сказал Эндер. – Мне приходится разбираться в том, что делают остальные, чтобы помогать им в их работе, ведь у меня самого работы не так много. Управление нашей колонией – это слишком простая работа, чтобы посвящать ей целые дни.

– Простая для тебя, – заметил Абра.

– Наверное. Но когда я занимаюсь другими делами, я все равно остаюсь губернатором. Потому что я все время изучаю людей. Нельзя вести за собой тех, кого не знаешь или хотя бы не понимаешь. К примеру, если на войне ты не знаешь, на что способны твои солдаты, как ты можешь вести их в бой и надеяться на победу? То же и с врагом. Ты должен его знать.

Абра думал об этом, пока они лежали в темноте палатки. Думал так долго, что, может, даже чуток вздремнул, и ему приснилось, что Эндер сидит и толкует о жукерах – а потом обменивается с ними рождественскими подарками. Возможно, он был в полудреме, но он точно не спал, когда прошептал Эндеру:

– И ты потому так много возишься с золотыми жуками?