История Кузькиной матери - Марьяна Брай Страница 83

Последняя фраза заставила меня мгновенно отбросить все прежние соображения. Так вот оно что!

— Но вы же не хотите, чтобы сплетни о нас продолжались? – перебила его, и мой голос прозвучал куда более резко, чем я рассчитывала. Он улыбнулся. И эта его улыбка… она была такой обезоруживающей и, черт возьми, такой самоуверенной.

— Наоборот, Алла Кузьминична, даже хочу. Эти сплетни немного отпугнут от меня молоденьких девочек, – спокойно ответил он.

— Но и скомпрометируют меня! – воскликнула я, возмущенная его эгоизмом. Василий лишь пожал плечами, и в его глазах блеснул тот же лукавый огонек.

— Почему-то мне кажется, вам совершенно чихать на их мысли и на все эти сплетни.

Вот ведь наглец! Он что, действительно думает, что я настолько бесчувственная? Или это комплимент такой странный? Я даже не знала, что ответить на такое заявление. Кажется, он меня совершенно не понимает, или наоборот, понимает слишком хорошо и просто дразнит.

Я лишь хмыкнула в ответ на его последнее замечание, не найдя, что возразить.

— Я подумаю над вашим предложением, Василий Данилович, – наконец сказала я, стараясь придать своему голосу как можно более нейтральный тон. Пусть это звучит хоть немного убедительно. Чтобы он оставил меня в покое.

Он улыбнулся. В его глазах, казалось, я увидела крохотный огонёк триумфа.

— Что ж, надеюсь, ваше решение будет в нашу пользу, – ответил он, вставая из-за стола. – Всего доброго.

Я проводила гостя, кивнув на прощание, и сама закрыла за ним дверь. Атмосфера в доме словно успокоилась после грозовой наэлектризованности. Но мысли, которые принёс с собой Василий, никуда не делись. Они крутились в голове, словно назойливые мухи, не давая покоя. Легла спать, но сон не шел. Я ворочалась с боку на бок, пытаясь разложить по полочкам всё, что произошло сегодня вечером. Зачем мне это знакомство? Чтобы угодить какой-то старушке своим угощением? Звучит абсурдно.

С другой стороны, Василий Данилович был прав в одном: я действительно не слишком-то заботилась о местных сплетнях. Привыкла к тому, что обо мне говорят разное, и давно научилась отмахиваться от пустословия. Но одно дело, когда обсуждают твою «странность» или статус. И совсем другое, когда тебя публично связывают с мужчиной, да еще и таким, как Василий, за которым, по слухам, целая вереница несостоявшихся невест.

Моя репутация и так не сахар, а мы её только основательнее рушим, пока Василий посещает наш дом. Что-то в его словах, в этом вызове, а может и в перспективе увидеть что-то новое, меня зацепило. Я никогда не была на балах, тем более в такой экзотической для меня реальности. А ещё эта «экстравагантная хозяйка дома»…

Я решила, что не стоит полагаться только на слова Василия Даниловича. Нужно было узнать побольше, чтобы принять взвешенное решение. С Марией говорить было бесполезно – слишком молода, слишком наивна, да и вряд ли знакома с правилами благородного общества. А вот Алёна… Алёна была куда любопытнее, наблюдательнее и, что немаловажно, умела более-менее анализировать.

В очередной день, когда мы вдвоем хлопотали на кухне, готовя ароматный пирог с рыбой для обеда, я осторожно завела разговор. Руки деловито месили тесто, а я, словно невзначай, спросила:

— Алёна, а ты не знаешь случайно, что собой представляет Елизавета Глебовна…