Невеста (патологоанатом) для некроманта - Анна Морская Страница 83

Идеально.

— Сюда, — я подтолкнула умертвие к темному проему боковой двери. — Заходи, неси его внутрь. И стой, пока я не скажу.

Умертвие молча повиновалось. Я глубоко вдохнула, поправила волосы и, стараясь выглядеть как можно увереннее, шагнула внутрь, в дым, шум и спасительное укрытие, где мы могли хотя бы ненадолго передохнуть и решить, что делать дальше.

Внутри таверны царила атмосфера, от которой у обычного человека волосы встали бы дыбом. Дым висел плотной пеленой, сквозь которую проступали силуэты завсегдатаев: потрепанных моряков, не менее потрепанных блудниц и подозрительных людей в плащах с капюшонами. Кто‑то играл в кости, кто‑то горланил песню, двое мужчин уже катались по полу, сцепившись в драке.

На нас, к счастью, как я и рассчитывала, местной публике оказалось глубоко плевать.

Резко вдохнув и сжав кулаки, я направилась к стойке. За ней стоял здоровяк с лысой головой и шрамом через всю щеку.

Хозяин заведения, судя по всему. Его взгляд скользнул по нам с откровенным презрением.

— Чего надо? — хрипло бросил он, вытирая кружку засаленной тряпкой.

— Комнату. Для меня и моих… друзей, — я кивнула на Ноймарка и умертвие.

Хозяин окинул нас оценивающим взглядом, задержавшись на бледном лице Ноймарка и пугающей неподвижности его «носильщика».

— Дорого тебе обойдется, киса, — ухмыльнулся он. — И особенно молчание.

Без лишних слов я достала кошелек, который мне выдали для прогулки с дияром. Внутри лежала сумма, способная покрыть месяц проживания в лучшей гостинице города.

Не говоря ни слова, я положила его перед хозяином.

— Здесь за несколько дней и отсутствие как лишних комментариев, так и лишних вопросов.

Глаза мужчины расширились. Он быстро схватил кошелек, открыл, заглянул внутрь и улыбка сползла с его лица.

— Третий этаж, последняя дверь справа, — тут же сменил тон хозяин.

— Благодарю, — холодно улыбнулась я. — Принесите несколько тазов с горячей и холодной водой, чистую ткань, мыло и что‑нибудь, чем можно продезинфицировать рану.

Хозяин кивнул, бросил короткий приказ пробегавшему мимо мальчишке с грязными подносами и снова посмотрел на меня:

— Что‑нибудь еще?

— Хм… не подскажете, заходил к вам кто-нибудь подозрительный последнее время? Скажем, длинноволосая девушка с раненным мужчиной?

— Не-а, — понятливо ухмыльнулся хозяин заведения. — Не видел таких. У нас из длинноволосых разве что шлюхи.

— От их услуг мы воздержимся, — я вернула ему ухмылку и дала знак умертвию следовать за собой.

Мы поднялись наверх по скрипучей лестнице. Комната оказалась крошечной, с одним окном, выходящим на глухую стену соседнего здания, и кроватью, на которую я приказала положить Ноймарка. Умертвие аккуратно опустило дияра на потрепанный матрас, затем отступило к двери.

— Сторожи вход, — тихо сказала я. — Никого не впускай. Если кто‑то попытается войти силой, останови.

Когда принесли все необходимое, я закрыла дверь на засов и принялась за работу. Тазы с водой поставили на пол, ткань разложили рядом. Руки дрожали, но я заставила себя сосредоточиться.

Сначала обмыла лицо Ноймарка прохладной водой, затем смочила его губы. Он не пришел в сознание, но дыхание стало чуть ровнее. Я осторожно ослабила повязку и осмотрела рану, кровотечение удалось замедлить, но цвет кожи оставался тревожно бледным.