Флористка (не модистка) для огненного дракона - Лена Мурман,Ева Енисеева Страница 83

— Двуединый с вами, – отмахнулся ним с саквояжем и отвернулся в противоположную сторону, притворившись, что не является свидетелем… чего бы то ни было.

— Мила-а-аш-ш-ш-ка! – протянул букет.

Соседи протянули восторженное «о-о-ох!»

— Запомните это слово, – велела я цветам. – И другие слова больше не произносите! Молчок, ясно?

В ответ зазвенела тишина. Чудненько.

— И откуда же такие? – робко поинтересовалась ши в вязаной шали и рукавицах.

— В салоне модного платья цветочный переворот! – заявила Блэр. – Везем образцы в столицу. Запомните, уважаемые ши и нимы, стараниями ши Майи мода изменится навсегда!

— Майи Аксель? – с некоторым пренебрежением и скепсисом уточнила та же ши.

— Майи Аксеновой, талантливейшей флористки, обладающей неповторимой цветочной магией!

— И Блэр Свит – самой талантливой модистки из всех, кого я знаю, – представила я помощницу ничуть не слукавив.

Блэр трудилась не покладая рук, и выходило у нее преотлично. А с другими модистками я и вовсе была не знакома.

— Цветы чудесные. Неужто в Чоктау наступит весна? – с придыханием вставила совсем юная ши из самого отдаленного угла телеги.

— Если цветы пахнут сдобой, то польза в них сомнительная, – заспорил ним с саквояжем. – И такой ароматной весны нам не надо!

Я вздохнула и поделилась с попутчиками ватрушками. На всех, конечно, не хватило, но уважаемые ши и нимы по-братски распределили снедь между собой.

С момента совместной трапезы ехать стало гораздо приятнее.

И все равно! Когда после длинного дня и не менее длинной ночи пассажирская телега наконец-то прибыла в столицу, я выбралась наружу с единственной мыслью – ни за что и никогда не повторять подобную экзекуцию!

Нет, с милыми соседями по телеге мы стали друзьями, даже почти родственниками, учитывая совместные остановки под лозунгом «Девочки направо, мальчики налево». Я была уверена, что сарафанное радио разнесет вести и о говорящем букете, и о невероятном платье, краешек которого удалось увидеть каждому.

Но практически сутки тряски на жесткой лавке в неудобной позе пошли бы на пользу мясному стейку, только не хрупкой ши.

От мыслей о еде в животе заурчало на драконьем.

— Найдем булочную и перекусим? Или сразу во дворец? – всполошилась Блэр.

— Хочется на постоялый двор и плотный ужин, – вздохнула я, разминая затекшую шею. – Но пойдем во дворец. По дороге перехватим уличной еды.

— Поймаем экипаж, – взмолилась Блэр. – Ну не на своих же двоих добираться!

«Свои» практически не разгибались, их не мешало бы размять бодрой пешей прогулкой.

— Тут далеко? – спросила я, оглядывая площадь, на которой мы высадились.

— Говорила же, я первый раз в столице. Вот у извозчика и узнаем. – И, не дожидаясь моего согласия, Блэр быстро договорилась о поездке за посильную для нас плату.

Мы пересели в двухместный кэб. Благо сидение было мягким, я даже почти задремала, попав в относительный уют. Но глаза сами открывались на каждом повороте, ведь наемный экипаж гнал на всех парах.

Бауэр впечатлял высотой зданий и отсутствием снега! Широкими улицами и пешеходными мостовыми. Наличием встречных экипажей, проезжающих мимо на такой же огромной скорости!

И лишь когда повозка остановилась около дворцовых ворот, я наконец поняла, какое время года в столице.

— Тут лето, как и в Риверстоне?!