Семь Ветров - Влада Ольховская Страница 85

Но однажды даже Эзра, который больше наблюдал за окружающим миром, чем за самим собой, начал замечать, что набирает лишний вес. Одежда постепенно становилась тесной – а такого с ним не бывало с тех пор, как он повзрослел. Движения требовали все больше усилий, сердце быстро теряло привычный ритм, дыхание сбивалось. А даже если бы он проигнорировал все это, взгляд в зеркало не обманешь – оказалось, что в пустошах по-прежнему хватает отражающих поверхностей.

Он сразу понял, что произошло. Это кто-нибудь из гражданских или даже военных растерялся бы, решил, что нужно больше двигаться, что он стал ленивым… К тому моменту Эзра уже считался опытным проводником, и об основных болезнях заброшенных земель он слышал. Он просто предпочел не верить в это – с ним такое не могло случиться, потому что не должно! Он позволил себе игнорировать происходящее, стал активней двигаться, меньше есть, он почти не отдыхал…

И все это не помогло. От Эзры уже ничего не зависело, его тело менялось. Ему пришлось признать: в ближайшее время ему предстоит или умереть, или отказаться хотя бы от части своей свободы, чтобы не лишиться жизни.

Тогда он и поступил на службу в Черный Город. Ему повезло в том, что за предыдущие годы он ни разу не нарушил закон, он был на хорошем счету, его приняли, невзирая на его состояние… Да состояние даже помогло: в верности неизлечимо больных проводников Черный Город сомневается куда меньше.

Эзру обследовали и подтвердили то, что он и так знал: вирус прогрессирует. Врачи составили для него план лечения, призванный продлить его активную жизнь… А иной он и не хотел.

— Я уже решил: когда почувствую, что совсем в камень превращаюсь, сам все завершу, – сказал он с такой беззаботностью, будто речь шла не о его будущем. – Найду Гери и Фреки хороших хозяев, а сам пойду в пустоши.

— Зачем?

— Чтобы идти. Чтобы чувствовать, как я двигаюсь. И тогда я не перестану двигаться никогда, потому что в пустошах с таким быстро.

— Но это… это ведь будет не сейчас?

Эзра бросил на нее хитрый взгляд:

— Разве тебе не полагается сказать «скорей бы»?

— Иди к черту!

— Пойду, но позже. Думаю, год у меня точно есть, вряд ли эта миссия продлится так долго.

— Я никогда не видела, как ты ешь, – признала Нико.

— Это потому что мне нельзя есть так, как обычный человек. Три раза в день – и нету никакого года, за неделю лопну! Мне можно есть раз в сутки, предельно маленькую порцию, и тогда мой организм израсходует хотя бы часть жира… Если очень повезет. А если не повезет, все равно пополнит брюшной запас, но куда меньшим объемом, чем мог бы!

— Это же не жизнь…

— О том, что «смерть лучше, чем такая жизнь» легко рассуждать, когда тебе самой умирать прямо сейчас не обязательно. А как окажешься у порога… снизить планку комфорта оказывается не так уж сложно.

Это было так странно… Нико, как и другие операторы, знала, что ее шансы умереть на поле боя куда выше, чем мирно скончаться в собственной постели. Но это были абстрактные мысли о смерти, без какого-либо определенного срока, с неизменной надеждой избежать такой участи. Ну а Эзра действительно жил с умиранием внутри себя…

Ей не стоило знать такое о нем. И вопрос задавать не стоило. Но отменить Нико уже ничего не могла, она лишь порадовалась, что они добрались до квартала проводников, и теме разговора предстояло измениться.