Яд, что слаще мёда - Кассиан Маринер Страница 86

— Я держу своё слово, мастер Шу, — произнесла я и вошла в павильон.

Тогда он отложил ножницы и повернулся.

— Мо Юйлань, — прошептал он, словно пробуя имя на вкус, как какое-то лакомство. — Ты прекрасна, птенчик, без этой грязи, что наносишь на лицо.

Он жестом пригласил меня:

— Садись. Хочешь чаю? Не бойся, сегодня я яд не добавлял. Это для врагов или проверки, а ты теперь гостья.

Я села напротив него, стараясь держать спину прямо.

— Зачем я вам? Вы получили своё представление: помолвка разорвана, Гуань Юньси унижен. Что вы от меня хотите?

— О, представление — это прекрасно, но это лишь прелюдия, а я хочу большего.

Шу Цзыжань разлил чай по пиалам. Лёгкий цветочный аромат ударил в ноздри.

— Чего?

— Я хочу уничтожить его, растереть в порошок, как он когда-то стёр мои мечты.

Я удивлённо приподняла бровь.

— Почему? Он был когда-то вашим больным? Я не помню этого.

— Лечил. Знаешь, Юйлань, у лекарей есть одна небольшая слабость: мы не любим, когда портят то, что мы могли бы исцелить. Но здесь есть и другая причина, помимо этой. Я видел тебя раньше. Как невесту Гуань Юньси три года назад на весеннем приёме. Ты была такой юной и полной надежд, смотрела на него так, словно он солнце... а я смотрел на тебя.

У меня похолодело внутри. Он наблюдал за мной? Он меня раньше видел? Как… Не может быть.

— Я видел, как ты угасала год за годом. Когда мы встречались глазами, то я в них видел только пустоту. Ты отдавала ему свою жизнь, а он принимал это как должное. Я ненавидел его за это и видел как ты умерла.

— Почему вы не вмешались? — у меня перехватило дыхание. Он видел мою смерть… Он действительно необычный человек.

Шу Цзыжань пожал плечами.

— Я эгоист, Юйлань. И трус. Я наблюдал, потому что мне было интересно, сколько ты выдержишь. И когда он убил тебя... — он сделал паузу и указал на мою грудь, туда, куда в моей прошлой жизни вошёл меч Гуань Юньси. — Когда он нанес смертельный удар, и ты испустила последний вздох, я понял, что время закончилось. Моя любимая игрушка сломалась.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Я не отстранилась. Не думаю, что он собирается причинить мне вред.

— Игрушка, — горько повторила я. — Значит, для вас всех я всего лишь игрушка.

— Для Сичэня ты не вещь. Для него ты — воздух. Это очевидно. Я позвал тебя не для того, чтобы пугать. Я хочу предложить сделку.

— Какую?

— Гуань Юньси сейчас уязвим и в панике ищет крысу, которая сдала его секреты. А также он хочет восстановить лицо. Через несколько дней состоится большой императорский приём. Для него это последний шанс показать, что он всё ещё в фаворе у Сына Неба. — Шу Цзыжань достал из-под стола небольшую шкатулку из чёрного дерева. — Это настоящая Слеза Истины. Древний алхимический состав, который снимает барьеры разума. Человек, выпивший его, теряет способность лгать себе и окружающим, и начинает говорить то, что у него на душе. Вся грязь и все тайны будут раскрыты. — Он подвинул шкатулку ко мне. — Если Гуань Юньси выпьет это перед приёмом, то сам уничтожит себя. Расскажет императору о воровстве, взятках... Он вывернет свою душу наизнанку перед всем двором и тем самым опозорится.

Я смотрела на шкатулку, в которой лежал золотой флакон. Это было идеальное оружие против него. Упустить такое оружие было бы непростительно.