Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Гончарова Страница 89

И Пенья туда же!

Вот как хотите, а на душе у мужчины было решительно неспокойно. Потому и на девушку он не сразу отреагировал, хотя в обычном состоянии успел бы увернуться, и еще даму подхватить…

Не успел.

Искры из глаз, конечно, у него не посыпались. Но налетела Мерседес на него очень сильно. Аж дух выбило.

— Ух, – сказал Херардо Диас, едва не складываясь вдвое.

— Ой, – сказала Мерседес. Тан оказался очень плотным. Оно и неудивительно, эпатаж требует хорошей физической формы. Поди, покачайся на фонаре, если у тебя мышцы, как сопли! Да и дуэли случаются, и много еще чего… поддержал девушку он автоматически. И Мерседес оказалась плотно прижата к белой шелковой рубашке.

— П-простите, – пискнула она.

— Ни за что, – машинально отозвался Мальдонадо. И только спустя несколько секунд пригляделся. И – сменил гнев на милость. Мгновенно, решительно и бесповоротно.

На него смотрела… камея.

Или гемма.

Или…

Такие профили надо на монетах изображать и на медалях. Тогда люди их точно тратить не будут. А то возьмешь в руки реал, а там такая харя… так и хочется его пропить побыстрее. Еще и плюнуть сверху. А на Мерседес так бы и смотрел.

— Сеньорита, вы в порядке? – наконец-то вмешался сопровождающий.

Мальдонадо поднял брови.

— Сеньорита?

— Мерседес Вирджиния Веласкес, – еще тише пискнула Мерседес.

Мужчина был выше ее на полголовы, и такой… смущающий. Ей даже с мальчиками обниматься до сих пор не приходилось. А тут…

— Тан Херардо Диас Мальдонадо, к вашим услугам, сеньорита, – приосанился Херардо.

— Я… – окончательно засмущалась Мерседес. – Простите…

Охранник пока держался рядом, но ничего не предпринимал. А зачем?

Мальдонадо в столице личность известная, но юным девушкам от него ничего не грозит. Вот уж этого не было.

Голым на дереве – было. Эпатажа – хоть лопатой отгребай, пренебрежения к морали и нравственности тоже, и наплевательское отношение к законам.

Но в одном он был непреклонен.

С женщинами – только по добровольному согласию. И только с совершеннолетними. Максимум, что грозило Мерседес – это пара любезных слов, а потом разойдутся в разные стороны.

Так думал охранник. И решительно ошибался.

Речь пошла не о любви. Художник увидел потрясающую натурщицу. И отпустить такое чудо? Когда оно тебе само в руки падает? При всем эпатаже, Мальдонадо был талантлив, а потому…

— Сеньорита, это мне впору умолять о прощении. Хотите на колени встану?

— Нет! – едва не вскрикнула Мерседес.

— Тогда как мне заслужить ваше милосердие? Скажите, вы любите кофе?

— Да…

— Давайте я угощу вас кофе. И безе? Здесь рядом есть совершенно замечательное кафе, мы посидим буквально пятнадцать минут, но я буду знать, что прощен. И вы меня на целый день осчастливите.

Что могла ответить на это Мерседес, которую жизнь совершенно не готовила к таким резким поворотам?

Да только одно.

— Хорошо, тан….

— Вы позволите предложить вам руку? – Херардо Диас согнул локоть, предлагая девушке опереться. И отметил, что руки у нее тоже красивые. Классическая форма кисти, тонкие длинные пальцы, овальные ногти, точеные запястья.

Мерседес не миниатюрная, это другой тип красоты. Но такой притягательный…

— Вы предпочитаете просто безе? Между прочим, у них восхитительно готовят взбитые сливки. Просто невероятно вкусно. Стыдно признаться, но я их обожаю.