Полуночный охотник - Мария Семенова,Анна Евгеньевна Гурова Страница 9

— Вы чего тут бездельничаете, лентяйки? – раздался отдаленный голос Славуши.

— Госпожа, там скальд…

Супруга ярла выглянула в зал, прислушалась – и, тихо подойдя к столу, молча села на скамью рядом с мужем.

Сыграв долгое, затейливое вступление, Снорри Молчаливый наконец запел. Голос разочаровывал – негромкий, несколько скрипучий, – однако опыт и навык в пении, несомненно, чувствовались. Даже Крум опустил насмешливо поднятую бровь и начал вдумчиво прислушиваться…

И вскоре глаза всех троих полезли на лоб.

— О чем он поет? – прошептал Арнгрим. – Это какое-то заклятие?

— Понятия не имею, – отозвался Крум. – Если нас сейчас проберет понос, мы об этом узнаем… Одно непонятно, как ему с таким голосишкой удалось охмурить жену конунга, не говоря уж о дочке?

— Тихо, я слушаю, – шикнул Дарри, наморщив лоб.

— Ни слова не разобрать! – повторил Арнгрим, хмурясь. – О чем бы он ни пел, это явно не про меня!

Наконец скальд закончил песнь, встал и поклонился.

— Надеюсь, мое скромное искусство, воспевшее доблестного ярла и его подвиги, пришлось ему по вкусу!

— Гм… Ну если это было воспевание подвигов, то конечно… Там были слова «окунь битвы»…

— А также «владыка ратной гадюки», – добавил Крум. – Это все ты, брат.

— Слыхал ли этот воин о кеннингах? – цедя слова через губу, спросил скальд.

— Куда уж мне, – вздохнул Крум. – Я из всех песен знаю лишь «Конунг Олав Толстозадый отправляется в поход». Я даже многих слов не ведаю, что прозвучали в твоей хвалебной песне. Вот, например, «мечегромец»…

— Это слово изобрел я, – вскинул голову Снорри Молчаливый. – А что не так?

— Не-не… я просто завидую… Или вот «вой поля семги» – подразумевается пение скальда?

Лицо Снорри начало наливаться краснотой.

Арнгрим примиряюще поднял руку.

— Уймись, Крум. Достойный скальд в полной мере владеет языком богов!

— Чистейший мед поэзии! – подхватил Дарри.

— Не чистейший, – проворчал Крум, – и вообще не мед…

Дарри не соглашался.

— Нам повезло заполучить опытного скальда, – повернулся он к Арнгриму. – А заклинания и должны быть непонятными… Чем непонятнее, тем мощнее!

Арнгрим повернулся к Славуше:

— А ты что скажешь?

Та, улыбаясь, ответила:

— Игра этого скальда на харпе радует сердце! А затейливо сплетенные слова… Боги всевидящи, они поймут желания людей и без слов.

— Ладно, берем его, – решил Арнгрим.

Крум добавил ядовито:

— Главное, чтобы, когда он спел хвалебную песнь, боги не приняли ее за проклятие…

— Зовите следующего! – приказал Арнгрим.

* * *

Едва третий появился в дверях, как всем сразу стало ясно: вот это совсем другое дело!

Подтянутый, стройный красавец вошел в чертог бесшумным шагом хищной кошки. Урожденный воин угадывался в нем за целое поприще. Одежда намекала, что этот викинг знавал времена и получше, а темные волосы и глаза говорили, что матерью его была привезенная из дальних земель южанка.

Звали его Бранд, сын Ротгейра, по прозвищу Мороз.

— Почему я раньше о тебе не слышал? – спросил Арнгрим. – Судя по имени, ты знатен…

— Я не так давно в этих краях, – широко улыбаясь, ответил воин. – И вовсе бы моего духу тут не было, если бы не шутка богов, что заставила меня сесть на корабль из Йомсборга, а потом столь же внезапно его покинуть…

— Ты йомс? – скривился Арнгрим. – Тогда ты мне не годишься.