Вкусная магия - Ольга Пашнина Страница 91

Как раз выставляла на витрину, когда вошел первый покупатель. Вот ему и впарю!

— Добрый день! Сегодня у нас есть потрясающая новинка…

Я осеклась, подняв голову и увидев отца. Он стоял у входа, рассматривал лавку, а в руках сжимал газету. И чувствовалось мне, неспроста он вдруг заявился, да еще и с газеткой. Неужто Рикки Карамель все-таки сработала в мою пользу?

— Здравствуй, папа. Чего изволишь? У нас есть много вкусностей.

— Дейзи, хватит. Я пришел с тобой серьезно поговорить.

О-бал-деть! И со мной еще будут разговаривать эдаким отеческим строгим тоном? Вот даже смешно на мгновение стало, а потом как-то грустно. Но вслух я только сказала:

— Слушаю тебя очень внимательно.

— Ты дала интервью.

Что? Рикки Карамель подала это как интервью? Нет, погорячилась я, благодаря пронырливую журналистку.

— Ну, людям интересны сплетни о новой лавке. Я решила, что лишняя реклама не повредит.

— Дейзи!

— Судом Градда было постановлено, что я должна честно отработать свой долг обществу. И я это делаю – честно привлекаю сюда клиентов, пусть и за счет собственной жизни.

— Ты забываешь, что это касается и нашей жизни.

— Да, есть такое дело. Когда вы постоянно не мелькаете перед глазами, я как-то забываю, что существуете.

— У Сары скоро свадьба!

— А у меня учеба! – Я не выдержала и сорвалась на крик. – Как я пойду в академию? А что будет, если меня выгонят?!

— И это повод позорить нас всех желтыми статейками?

— Я живу на втором этаже магазина, где работаю! Показать тебе спальное место? Там только матрас. А вокруг хлам! Пыль! И я там сплю, потому что больше мне спать просто-напросто негде. Сара приходит сюда и издевается, словно ей было мало забрать у меня единственное, что осталось от бабушки! А ты упрекаешь меня в том, что я позорю семью?

Дверь лавки приоткрылась, показалась голова какой-то веснушчатой девушки. Услышав мой крик, она пропищала испуганное «Ой!» и поспешила скрыться.

— Тебя никто не гнал, ты ушла сама.

— Долго убеждал себя в этом? Я бы не ушла, если бы вы не решили меня изводить.

— Мы дали тебе все: накормили, одели, выучили! Я не думал, Дейзи, что ты поступишь так с нашей семьей.

— Ладно. – Я глубоко вдохнула. – Кто моя мать?

В ответ – молчание.

— Почему ты привел меня к законным жене и дочери? Зачем, если ребенок был тебе не нужен?

— Она просила.

— Кто – она?

— Это тебя не касается.

— Не касается?! – практически взвыла я. – Не касается, кто моя мать?! Ну так а тебя не касается, кому я даю интервью! Уходи! Забудь обо мне, забудь, что существую, оставьте меня в покое! Я выживу одна, но прекратите меня изводить, иначе я за себя не ручаюсь! Леди Марибет обещала мне помочь. И если ты, твоя жена или Сара продолжите меня доставать, я попрошу защиты у фрейлины.

Папа с лица как-то побледнел и даже инстинктивно отступил на шаг. Наверное, вспомнил старую знакомую и не ожидал, что мы с фрейлиной вдруг познакомились.

— Хотел бы я, чтобы все было иначе, Дейзи, – покачал он головой. – Но ты никогда не играла по чужим правилам. Зря я привез тебя.

— Зря. Может быть, у меня была бы семья, которая не исчезла так внезапно.

Он бросил на пол газету и ушел, оставив меня наедине с мыслями и обидой, которая ныла где-то внутри.

— Милая у тебя семейка, надо заметить, – подал голос Крин. – Расстроилась?