Яд темной любви - Лана Ежова Страница 91

— А я? Кого нужно знать мне?

Для себя решила, что самые важные – это капитан, лорд Гайрун, и его старший помощник, господин Летиан.

— А вам, леди Горейская, лучше не выходить лишний раз из каюты, – посуровел Даньяр.

— Почему? Дышать морским воздухом полезно, – подавив возмущение, мило улыбнулась я.

— Долго объяснять, – уклончиво ответил Даньяр.

Ладно, настаивать не хочу, тем более есть вещи поважнее – член команды, который искал в таверне профессионального убийцу. Что, если он попытает счастья сам? Ярвуд с ним справится, но лучше найти негодяя раньше.

Старик внимательно выслушал все, что рассказал мне Тодор. Приятно, что не уточнял, можно ли ему верить: воздушник пользовался уважением.

Увы, ничто не указывало на островитянина, который желал Альмавьеру смерти.

— Это может быть любой офицер, – расстроился Даньяр. – Естественно, подкупил его ваш дядя…

Слуга резко оборвал мысль, будто чего-то испугался. Чего?

О… А ведь он сказал «ваш дядя», хотя мы были наедине! На миг Даньяр забыл, что рядом фальшивый принц! Забавно.

Когда слуга ушел, я вытащила из чемоданов несколько нужных в путешествии вещей и закрылась для омовения. Шикарная ванна и пахнущее фруктами мыло – это нечто, они немного примеряют с некоторыми неудобствами.

Несмотря на жару, вышла я в халате поверх ночной сорочки. Не сниму его даже в кровати!

Приоткрытая дверь кабинета позволила рассмотреть, как Ярвуд пытается сделать себе ложе из стульев. Сиденья были немного выпуклыми, и это создавало неудобство. А ведь даже самый сильный маг и воин должен высыпаться, чтобы не пропускать удары врагов…

Вздохнув, позвала тихо:

— Ваше высочество, в кабинете невозможно спать, устраивайтесь на кушетке.

Кромешник не стал спорить, вернулся в спальню с подушкой и простыней.

— Кстати, я могу называть вас домашним именем, чтобы не оговориться? Можно сократить его как Аль?

Подходит и Алессандру, и Альмавьеру.

На лице кромешника промелькнула растерянность.

— Алем называла меня мать. Тогда пора и на «ты» перейти?

— Переход на «ты» не обещаю, – тихо отозвалась я. Глядя, как он откинул с лица длинную алую прядь, поинтересовалась: – А вы похожи на отца или на мать?

Ой… Может, зря я задала столь личный вопрос? Тем более человеку, который последний раз видел родителей несколько веков назад?

— На мать. Ее волосы – как летний закат, – спокойно отреагировал кромешник. – А русые волосы отца похожи на колосья спелой пшеницы.

Двести лет… Он говорил о них так, будто видел вчера…

Вскоре Ярвуд ушел, запечатав дверь магией.

После всех треволнений я ожидала в гости бессонницу. Но усталость накрыла как теплая волна, мягко унося в забытье…

Грохот. Я распахнула глаза, сердце колотилось где-то в горле.

— Шмырь, – сдавленно прошептал Ярвуд.

Похоже, кое-кто свалился с узкой кушетки?

Я продолжала лежать неподвижно, притворяясь спящей. Кромешник барахтался, опутанный простыней.

Почему-то стало смешно. Стараясь ровно дышать, я вслушалась в возню рядом. А затем стало не до веселья: Ярвуд плавно поднялся с пола. Между половинками шторы проникало достаточно света звезд, чтобы рассмотреть моего соседа.

Он спал обнаженным!.. Не до конца, разумеется: на нем были легкие светлые брюки. И все же…

Я видела боевых магов голышом, но на операционном столе. Чаще всего до моего лечения на них живого места не было. А сейчас… сейчас я впервые могла разглядеть вблизи образчик мужской красоты.