Студент: Долгопа - LikanTrop Страница 92

— Да ничо, отдали пацанам из Балашихи Хромого этого и домой двинули, — пожал плечами тот.

— А чё там пацаны из Балашихи делали? — не врубился Журик.

— За нас с Митяем приехали вписаться. Чё еще? Там еще и военные с нами были с калашами. Охрану Хромого ваще загасили. Бэм! — изобразил выстрел с помощью пальца Жук и довольно закинул правую руку на спинку стула, победно оглядывая московских гостей. Мол, заценили его крутость?

— А Черный чё, тоже с балашихинскими уехал? — не выдержав, спросил Журик в лоб, тем самым сфальшивив. Вора можно было понять, ведь он параллельно с беседой пытался прокачать в голове ситуацию, но она никак не могла у него склеиться и постоянно распадалась на пазлы. Военные, балашихинские, Митяй… Как это все вообще может быть связано?

— Не, его военные отдельно увезли, — отмахнулся Жук, а потом набычился и посмотрел на Журика, нутром почуяв, что последний вопрос был явно задан не из праздного любопытства. — Э! А чё за вопросы такие пошли? У вас типа интерес какой, или чё?

— Интерес действительно есть, — поняв, что больше на шару из Жука ничего не вытащить и лепить горбатого смысла нет, Журик сменил тактику разговора. — Дело в том, что вы увели не фуру Хромого, а нашу фуру. Мою и одного очень авторитетного Вора — Гии Батумского. И у нас с Гией к тебе, пацан, и к твоему Митяю в связи с этим есть некоторые вопросы.

— Да какие нах вопросы? — Жук поднялся на ноги, повернул лицо в сторону хозяина хазы и, зло оскалившись, спросил: — Тяпа, чё за подстава?

— Да нет никакой подставы, — ответил за Тяпу Журик спокойным голосом. — Ты сам тему с фурой поднял в разговоре и сам нам об этом рассказал. Тебя никто за язык не тянул. Так что, теперь крайних не ищи, а лучше сядь и отвечай за базар.

Бульбаш, мгновенно уловив посыл шефа, достал из кармана олимпийки выкидуху и демонстративно крутанул ее в руке.

— Один хер я ничё не скажу. И вообще я не в курсах, я в этом не участвовал так то, — упал на стул Жук, взял бутылку и, налив полную рюмку, щедро разлив часть на стол, тут же ее опрокинул.

— Ну тогда звони Митяю, раз сам не участвовал. Пусть едет к нам. Время позднее, день будний, наверняка где-то на телефоне, — предложил Журик.

— А может, не над… — хотел перебить Вора немного напрягшийся Тяпа, но был резко перебит.

— Не лезь, Тяпа. — Журик кивнул на телефонный аппарат, стоящий возле стола на деревянной лакированной тумбочке, накрытой скатертью. — Иди звони, пацанчик. И знай: пока Митяй сюда не зайдет — ты отсюда не выйдешь.

В комнате повисла тишина. Жук сидел набычившись. Нет, подставить друга он не боялся, не такой Митяй и дурак, чтобы ехать ночью к смотрящему, которого боксер сильно не любил, в одиночку. Просто неудобно было снова становится источником проблем. Тем более в последнее время Митяй задолбал Женю нравоучениями — «не ходи к Тяпе! Не ходи к Тяпе». Жука это злило. А еще больше его злило то, что друг детства постепенно все чаще серьезные дела доверял Соколу, нежели ему, считай брату.

— Давай звони уже, фраерок. Не дури, — снова подал голос Журик, которому откровенно надоело ждать, — не зарывай себя в еще большую жопу, которую не вывезешь.

— Хрен с ним, — оскалился зло Жук, встал на ноги и пробурчал тихонько себе под нос, — смотри теперь сам вывези.