Тень ворона - Анастасия Дёмина Страница 92

— Так и сделаю, – пообещал Иван.

Он еще раз обвел взглядом Старейшин и своих нареченных братьев и поклонился им в пояс.

— Спасибо вам за все. Что приютили, что терпели неразумного, что учили уму-разуму, что… – В горле перехватило, но он сглотнул и продолжил: – Что приняли как родного и помогли так, как я и не надеялся, да и не считал себя достойным такой доброты. Спасибо вам. И простите, если чем обидел.

Выпрямившись, Иван быстро заморгал, прогоняя непрошеную влагу, застлавшую глаза, и улыбнулся вновь зашмыгавшему носом Воробушку.

— Береги себя, Иван, – сказал за всех Зоран. – На тебя легло тяжкое бремя, и нам было за честь помогать тебе его нести. Пусть удача улыбается тебе в твоем правом деле.

Опал дружески пихнул Ивана в плечо, и он кивнул ему и взобрался в седло Смирного.

Подошедший Колояр проверил уздечку и стремена, хотя в этом не было никакой необходимости, ворчливо раздавая напоследок указания:

— Раз собрался, не дожидайся, когда желудь погаснет, урони его сам, так вас сразу перенесет на Ту Сторону.

— Хорошо.

— Не отнимай руки от Опала, чтобы вас не разлучило.

— Хорошо.

— И как у вас там все наладится, загляни в гости, расскажи, как у тебя дела. Опал, как велесский конь с Этой Стороны, всегда найдет дорогу к волшебному дубу, оградительные чары ему не страшны, тебе и блуждать по лесу не придется.

— Хорошо, – в третий раз повторил Иван.

Колояр наконец перестал дергать крепление поводьев и поднял на него серые, как грозовые тучи, глаза, пересеченные черной полосой. В их глубине много всего мешалось: грусть, страх, сожаление, старый гнев. Но все затмевала гордость.

— Счастливого пути, – сказал Старейшина, улыбнувшись такой редкой для него улыбкой, и, отступив, встал плечом к плечу с Зораном и Ратигором.

Иван вытянул за шнурок из-под ворота рубашки мешочек с последним волшебным желудем, развязал и, растянув горло, заглянул внутрь. Если бы ткань мешочка пропускала солнечные лучи, Иван бы и не разглядел золотое сияние, так сильно оно поблекло.

Погрузив пальцы левой руки в волнистую гриву Опала, он сделал глубокий вдох и перевернул мешочек. Желудь выскользнул из него и упал в траву.

Иван успел бросить прощальный взгляд на Старейшин и птичьих братьев, но стоило ему моргнуть, и они исчезли вместе с поляной. Он стоял посреди неприветливого леса со старыми корявыми деревьями, почти неразличимыми в быстро сгущающейся ночной тьме.

Смирный под ним от неожиданности завизжал и попятился, но быстро успокоился.

Опал с любопытством оглянулся.

– Это лес твоего мира? Как-то тут мрачновато.

— Это из-за чар, ограждающих волшебный дуб, – пояснил Иван, осторожно спрыгивая на землю. – Кстати, ты чувствуешь, где он?

Опал без колебаний указал головой себе за спину.

— Тогда подождем до рассвета, чтоб ноги в темноте не ломать, и пойдем по прямой, – решил Иван. – Нам нужно скорее покинуть пределы чар, а там я быстро соображу, в какой стороне Бряжск.

Он на ощупь расчистил себе местечко под деревом, присел и привалился спиной к шершавой коре. Смирный, сбитый с толку резкой сменой времени дня, еще какое-то время побродил вокруг, недовольно фырча, но вскоре притих.

Опал, встав рядом с Иваном бдительным часовым, спросил:

– Ты уже придумал, где сразишься со Змеем и его разбойниками?