Ты родишь мне сына. P.S. твой босс Волк. Том 1 - Евгения Кец,Екатерина Баженова Страница 93

— Шона будет в бешенстве, — выдыхает Света, — но я считаю, что ты должен это знать.

— О как. Слушаю.

Светлана двигает к Вейлину пакет и начинает:

— Я не знаю, как такое сказать, поэтому просто скажу. У тебя есть брат. Вот, — женщина принимается судорожно открывать пакет и доставать оттуда контейнеры с выпечкой.

Мы же сидим, не шелохнувшись.

Да, такие новости надо уметь сообщать. Так-то событие вроде как радостное. Но учитывая обстоятельства… напрягаюсь, как бы Вейлин не взорвался.

— Живой? — спрашивает он, сохраняя спокойствие.

— К сожалению, — Светлана прячет взгляд и даже шмыгает носом.

Вейлин ставит локти на стол и обхватывает кулак ладонью. Цокает и упирается подбородком в кулак. Он таранит взглядом женщину и молчит.

Я не вмешиваюсь.

Не представляю, что я могу сделать в этой ситуации.

— Где он?

— Твой отец почти сразу после рождения спрятал его. Я сама не знаю, где он.

— И сколько ему лет? — кажется, даже голос Вейлина дрогнул.

— Двадцать четыре, — еле слышно отвечает Светлана.

Вейлин подрывается с места, а его стул летит на пол. Грохот разлетается на всю кухню.

Наверное, единственное, что сдерживает его от превращения, так это слёзы Светы.

Несложная математика: Вейлину было всего три, когда родился его брат. Значит, Шона изменял своей жене, которая прошла обряд ради него и стала волчицей.

Это предательство ещё хуже, чем просто развод и новая семья.

— Тогда почему, — медленно, с трудом выговаривает Вейлин, — отец о нём ничего не говорит? Он его законный наследник. А не блудный сын, который уехал из дома, как только бабушка умерла.

— Не всё так просто. Коннел болен.

— Коннел? Мальчик даже не был достоин сильного имени?

— А что значит это имя? — тихо спрашиваю я.

— Сильный, как собака. Волк там скорее приписка. А для оборотня это почти оскорбление, — качает головой Вейлин. — Что с ним?

— Он родился мёртвым. Врачи чудом смогли его спасти. Но он не ходит. А что ещё, я не знаю. Шона не дал мне вскормить его. Я не смогла ему ничего передать.

— Дай угадаю. Отец спрятал его, как позор семьи. А когда у вас не вышло родить ещё мальчика, то он снова заинтересовался мной. Как мило. И чего ты хочешь от меня? Зачем рассказала?

— Я хочу, чтобы ты знал, что всё не совсем так, как ты думаешь. Я не знала о твоей матери и о тебе, когда встретила Шону.

— Это не отменяет того, что ты продолжила быть с ним, когда узнала.

— Поверь мне, я жалею о своём выборе всю жизнь. Но…

— Что но? — рычит Вейлин.

— Если твоему брату, — говорю я, — двадцать четыре, значит, тебе было всего два, когда она забеременела…

— Вот ублюдок, — выдыхает Вейлин. — Так вы поженились ещё тогда? Иначе твой клан не отдал бы тебя.

— Да, — кивает Света. — Но я пришла не по этому.

Она судорожно открывает контейнер и снова двигает его к Вейлину. Это всё походит на какое-то подношение или задабривание.

— Если то, что ты сказал про вас с Анникой, правда, — говорит Света.

— Конечно, правда, — перебивает её Вейлин, а я прямо вижу, как он борется с желанием принять угощение.

Вроде взрослый мужик, а ведёт себя как подросток. Он же не станет предателем, если примет этот пирог от мачехи. Или я чего-то не знаю ещё об их обрядах?

Думаю, каждое превращение даётся Вейлину не так просто, как может показаться. И есть он столько не потому, что ему просто хочется. Скорее всего, он тратит колоссальное количество энергии.