Гроза пустошей - Жанна Пояркова Страница 93

Только я развел костер, чтобы подогреть чай, и решил, что пора будить Хайки, как снова раздались странные звуки.

— Это музыка, – Ястреб Джек покрутил головой, а затем закатил глаза. – На другой стороне развалин куча людей сидит кружком и что-то играет.

— Только этого еще не хватало. Наверняка сектанты или жертвоприношение. Валить отсюда надо. Только чаю попьем.

— Проверим, что они делают?

— Ни за что!

Я сел в ожидании кипятка, всем видом показывая, что не намерен потакать беспорядочному любопытству. Напряжение после встречи с Рё и караванщиками еще меня не оставило, но блаженная тень от разъеденных временем и песчаными ветрами конструкций начала делать свое дело. Постепенно я обмяк.

Горизонт состоял из песка, песка и отдаленной горной гряды, растекающейся под алчными лучами. Оранжевое сливалось с дымно-синим. Мутант примостился рядом, вытянул ноги и погрузил пальцы рук в чуть более холодный песок. Курить он при этом не перестал, сжимая дрожащую сигарету сухими губами.

— Они не выглядели особенно угрожающими, оружия по минимуму.

— Ты тоже не вооружен, Джек, – кисло заметил я. – Меня это не слишком успокаивает.

— Почему мы не едем?

Хайки вылезла из кабины, помятая и с прилипшим к лицу песком. Он попал ей в рот, осыпал лоб, припорошил ресницы.

— Ты слышишь? – не унимался Джек. – Это музыка.

— Если это музыка, то я Моцарт в изгнании.

— Кто в изгнании? – Хайки наморщилась. – Да вы не отличите ро пустошей от визга спаривающихся ящериц. Давайте я послушаю.

— А разница вправду есть?

В голосе Джека прозвучал неподдельный интерес.

Девушка поморщилась, стыдясь нашего невежества, и сделала знак затихнуть. Некоторое время раздавался только скрежет раздолбанных американских горок, чьи болты и опоры напоминали стершиеся от времени и болезней суставы старика. Скрежету вторил тихий шум нагревающейся воды и ритмичный стук, идущий издали, к которому примешивались вскрики и плохо различимое пение.

— И как они выглядят? – Хайки по-хозяйски обратилась к Джеку.

— Сидят. Курят. Держат разные незнакомые мне вещи в руках.

— А, это фест. Это, наверное, ребята из Хаира, «кислотные дервиши». Они часто выбираются в пустоши, чтобы ловить волну. Слушать музыку пустыни, как они это называют. Находят место силы – и сидят, пропевают его.

— Пропевают место силы?

— Да вы как дикие совсем. Ну, собираются, накуриваются или порошок едят, стучат на чем попало. Весело!

Хайки пожала плечами. У меня было альтернативное виденье веселья, но Ястреб Джек буквально озарился внутренним светом.

— Я хочу посмотреть! Не приходилось раньше с таким встречаться. Они кажутся дружелюбными.

— Пошли, – с пугающей меня охотой согласилась пиро. – Не уверена на счет дружелюбия, но обычно дервиши так обдолбаны, что вряд ли поймут, кто ты. Можешь их даже перешагивать. Это безопасно.

— Не для них.

— Ну… Пожалуй. Но каннибалы сюда заходят редко, работорговцы боятся близости к искажениям, а остальным нечего у них взять.

Прежде, чем я подобрал нужные для возражения слова, мутанты уже объединились, разделив очередную бредовую идею на двоих, и уставились на меня.

— Кто-то должен охранять припасы, – попытался я.

Напрасный труд.

— Незачем. Возьми таблички, за остальным я буду приглядывать, – Джек опять переключился на зрение птиц. – Кроме дервишей больше никого рядом. Караванщики поехали в обход Свельты. Тихо.