Злая. Сказка о ведьме Запада - Грегори Магуайр Страница 93

Голос преподавательницы дрогнул, и она тихонько всхлипнула под впечатлением от собственной речи.

— Разве может быть более возвышенное стремление, чем изменить мир? – продолжила она. – Не рисовать утопические проекты, а действительно воплощать перемены? Исправлять безобразное, перекраивать ошибочное, придавать некий смысл трепещущим краям прорехи в мироздании? Выживать посредством колдовства?

За чаем, будучи немного под впечатлением, хоть и посмеиваясь, Глинда пересказала горячее выступление мисс Грейлинг обеим сёстрам Тропп.

Нессароза нахмурилась:

— Сотворять может только Безымянный Бог, Глинда. Если мисс Грейлинг путает колдовство с творением, она рискует пагубно повлиять на твою нравственность.

Глинде на ум тут же пришла матушка Клатч, прикованная к постели вымышленной душевной болезнью, которую девушка сама и изобрела.

— Ну, – задумчиво протянула она, – стоит начать с того, что я и так не образец нравственности, Несса.

— Тогда если от колдовства и есть польза, то только в том, чтобы исправить твой характер, – строго заявила Нессароза. – Если направишь свой дар в эту сторону, я думаю, что в итоге всё закончится хорошо. Владей магией, а не позволяй ей владеть тобой.

Глинда подозревала, что Нессароза нарочно развивает в себе способность говорить свысока. Она заранее поморщилась, представив, какой та станет в будущем, – даже притом, что предложение Нессарозы пришлось ей по душе.

Но тут вмешалась Эльфаба:

— Глинда, это хороший вопрос! Хотела бы я, чтобы мисс Грейлинг на него ответила. Весь этот кошмар с рогами тоже показался мне больше похожим на магию, чем на науку. Бедный винкский парень! Может, спросим доктора Никидика на следующей неделе?

— Кому же на это хватит смелости? – воскликнула Глинда. – Мисс Грейлинг хотя бы забавна. А доктор Никидик, пусть и со своей очаровательной манерой бубнить и путаться в словах, всё-таки настоящий научный авторитет.

На лекции по естественным наукам на следующей неделе все взгляды были прикованы к новичку. На этот раз он пришёл заранее и устроился на балконе – как можно дальше от кафедры. У Бока были некоторые предубеждения против кочевников, присущие всем оседлым фермерам. Но и он вынужден был признать, что глаза у нового студента умные.

Аварик, усевшись рядом с Боком, поделился:

— Говорят, что он князь. Без казны и трона. Нищий князь своего племени, из правящего рода. Он учится в Башнях Озмы, а зовут его Фиеро. Настоящий горец, чистокровный. Интересно, как ему цивилизация?

— Если на прошлой неделе он свёл знакомство с цивилизацией, то теперь, должно быть, тоскует по собратьям-варварам, – заметила Эльфаба с места по другую руку от Бока.

— И все эти дурацкие рисунки – зачем они? – упорствовал Аварик. – Он только привлекает к себе внимание. Да и кожа у него… Бр-р-р, не представляю, как бы я жил, будь у меня кожа цвета дерьма.

— Ой да что ты, – скривилась Эльфаба. – Ты ведь со своими дерьмовыми аргументами как-то живёшь.

— Ох, только не начинайте, – взмолился Бок. – Давай просто все замолчим.

— Ах да, Эльфи, я забыл, что цвет кожи для тебя – больная тема, – не унимался Аварик.

— Оставь меня в покое, – отмахнулась она. – Мы только что пообедали, а от тебя у меня несварение случится, Аварик. От тебя и фасоли с обеда.