Ловушка для защитника миров - Антонина Штир Страница 94

— Так и есть, — согласился голос. — А Лабиринт — место между жизнью и смертью.

— Значит, я ещё жива? — с надеждой спросила я.

— На Земле сказали бы, что ты в коме. И да, это тоже жизнь.

Я задумалась: не все люди выходят из комы, однако это возможно.

— Скажите, а как мне проснуться? Что я должна сделать, чтобы открыть глаза?

Несмотря на всё случившееся, я очень хотела жить.

— Ты должна пройти лабиринт и самостоятельно найти из него выход. Будет трудно, но, — сделал паузу голос, — за тобой идёт твой жених, так что ты не будешь одинока на своём пути.

— Жених? — удивилась я. — Вы имеете в виду Рейнольда? Но ведь он умер.

На последнем слове мой голос предательски дрогнул — я ещё не привыкла думать о Рейни как о мёртвом.

— Разве ты не слышала, как он звал тебя? — усмехнулся голос. — Перед тем, как ты погрузила руки в крэда?

— Значит, мне не послышалось? Но как же тогда тело, оно выглядело как настоящее!

— Обманка. Крэд может и не такое. Хорошо, что ты уничтожила его физическую оболочку.

Изумлению моему не было пределов.

— Я? Уничтожила крэда? Как?

— Любовь, что живёт в тебе, сделала это. И твоё чистое сердце, которое сожгло крэда изнутри.

— Но крэд легко сломал артефакт жизни, — с сомнением произнесла я, — что ему какая-то слабая девушка?

— Не какая-то, а девушка, что вдохновила последнего ахтари, заставила его измениться и повзрослеть. Ради тебя он готов и сам умереть, это ли не настоящая сила? И, кстати, это ведь ты починила золотое сердце.

— Всё равно я не понимаю. Ахтари могущественнее людей, дольше живут, больше знают и умеют. Но победила крэда почему-то я, а не они.

— Знаешь, почему Чудик звал в Междумирье людей, а не каких-нибудь других существ?

— Нас проще подчинить? — предположила я.

— Нет, Мия, — возразил голос. — Люди способны бескорыстно любить, зная, что любви всегда сопутствует боль. В этом нет ничего плохого, потому что боль лишь делает любовь более ценной. Это как две стороны одной монеты. А для ахтари пришлось создать артефакт, и даже с ним прописную истину о любви поняли не все.

Да, старейшина Риг не понял и обрёк ахтари на жизнь без любви. И ведь они столетиями так жили!

— Ми! Где ты? Ты меня слышишь? — вдруг донеслось будто издалека.

— Твой жених пришёл, — оживился голос. — Ты должна идти. Ничего не бойся и верь, тогда вы обязательно встретитесь.

— Хорошо. А можно последний вопрос?

— Спрашивай, — с готовностью откликнулся голос.

— Тот мальчик, которого я хотела спасти, выжил?

Голос не сразу ответил, и мне почудилось, что его обладатель вздохнул.

— Нет, Мия, увы. Иногда смерть всё равно приходит, как бы смертные ни старались её обмануть.

— Жаль, он был совсем маленьким. Я не забуду его.

— Это правильно. Пусть он живёт в твоей памяти, Мия. Да, совсем забыл спросить. Ты ведь хотела бы прожить с твоим ахтари до старости? Я имею в виду, до его старости.

— Да, конечно, — подтвердила я, — но ведь я человек. Сто лет для людей почтенный возраст, а для ахтари — мгновение.

— Я могу сделать тебя ахтари, и всё изменится.

— Это интересное предложение, — оценила я. — Я переживу всех родственников и знакомых, и многие поколения людей сменятся на Земле, прежде чем я умру. Не знаю, хочу ли этого.

— Если надумаешь, просто озвучь это вслух, когда найдёшь выход из лабиринта. Прощай, Мия!