Голос прибоя - Эмма Хамм Страница 94

Ее рука сомкнулась на верхнем, и Макетес дернул бедрами под ее крепкой хваткой, тихо шипя и подаваясь глубже в ее пальцы. Ничего подобного он в жизни не испытывал. Эйс держала так крепко. От одного только этого прикосновения внутри росло напряжение, до которого он никогда не доводил себя сам.

— Тихо, – прошептала Эйс, щекоча головку дыханием. – Мы только начали.

И она обвела его языком.

Перед глазами вспыхнули звезды. Макетес выгнул спину, попытался ухватиться руками за воздух. Звезды засияли еще ярче, когда Эйс взяла его в рот. Ее коварный язык не переставал двигаться, опутывать его, облизывать основание. Втянув сильнее, она ухватилась пальцами и протолкнула его глубже в горло, и Макетес был уверен, что сейчас умрет.

Он даже не знал, что что-то может быть настолько приятно. Не догадывался, что эта часть его тела может чувствовать себя так хорошо. Самки его вида были так невозможно грубы, а с Эйс было совсем не так.

Нежно. Мягко. Тепло ее рта резко контрастировало с холодом, к которому он так привык, и Макетесу уже казалось, что сейчас лопнет. Все в нем напряглось, сжалось, словно бы ундина уже готов был кончить, но еще было рано. Он хотел почувствовать Эйс на себе больше. Хотел проникнуть глубже в ее жар.

Качнув хвостом, он подвинул девушку чуть ближе – туда, где мог до нее дотянуться. Он уже чувствовал ее запах. Этот теплый, земляной запах, текущий между ее ногами. Одним движением Макетес стянул с нее штаны, оставив их спутанными у лодыжек. Эйс оперлась одной рукой на его живот, второй схватила нижний член, работая над ними одновременно.

С громким чпоком, эхом разнесшимся по комнате, она выпустила изо рта верхний и переключилась на второй. Макетес вообще не был уверен, что она успевает дышать, но разве это важно? Разве вообще что-то еще было важно?

Ее мягкие губы сжались, словно приглашая. Нужно было что-то делать. Нужно было чем-то себя занять, иначе все это кончится, даже не начавшись.

Развернув Эйс так, чтобы она прижималась спиной к хвосту, Макетес вошел в ее глубины языком. Провел ребристой поверхностью по стенкам внутри, прижал бугорки к маленькой кнопочке, от которой она в прошлый раз вскрикнула. И попытался повторить то же, что делала девушка.

Ее вкус разлился по языку. Теплый, землянистый, настолько ее, что Макетес резко понял – это была ужасная идея. Долго ему так не протянуть. Особенно теперь, когда Эйс постанывала, не выпуская его изо рта, и вздрагивала всем телом каждый раз, когда он убирал язык, только чтобы вернуться и проникнуть в нее еще глубже.

Теперь ее рука двигалась быстрее, сжималась сильнее, перескакивая с одного члена на другой, и сосала Эйс еще усерднее. Макетес чувствовал, как снова сжимается, знал, что вот-вот потеряет контроль. Так что тоже удвоил усилия. И скорость. Вместе они довели друг друга до предела, и вот, когда он уже был уверен, что сдастся первым, Эйс сжалась на его языке.

Приглушенный крик, раздавшийся в ее горле, отдался вибрацией в его членах. С тихим стоном, который должен был быть ругательством, Макетес кончил так сильно, что чуть не потянул что-то в спине, изогнувшись вокруг девушки.

Но она выпила все, проглотила все, что он дал ей, до последней капли. Выпрямившись, Макетес снова навалился на панель, глядя на свое мерцающее тело и то, как Эйс облизывает и второй его член.