Вкусная магия - Ольга Пашнина Страница 94

— Что? Женится на Саре? Крин, люди не женятся, если у них нет чувств или других резонов для свадьбы. Если Дрэвис женится на Саре, она ему нужна.

— Ну и что? Будешь смотреть, как они вьют гнездо, и молча страдать?

— Переживу, – буркнула, вытерев непрошеные слезы.

Крин только укоризненно покачал головой. Это зеркало порой было слишком уж разумным. Мне не хватало кого-то, кто не воспринимал мои проблемы как ерунду. Кто понимал, каково это: быть восемнадцатилетней одинокой девушкой, влюбленной, как последняя дура, в жениха своей сестры.

Я до последнего надеялась, что это не так. Что меня не задевает его отсутствие – он так и не пришел после того поцелуя, когда нас застала Сара. Что я не прокручиваю в голове каждую секунду того времени, когда он сидел со мной на втором этаже и растирал мою ногу.

Получалось так себе, первая любовь вышла какой-то жутко неправильной.

В дверь постучали. Крин тут же исчез, а я вздрогнула. Лишь бы это был не Дрэвис!

Обязательно ведь спросит, что со мной. А я не уверена, что смогу соврать.

Но это был не Дрэвис.

— Дейзи! – воскликнула леди Марибет.

Фрейлина выглядела взволнованной, и я уже было испугалась, что праздник отменяется или что-то пошло наперекосяк.

— Я хочу поговорить с тобой! Я больше не могу делать вид, что ничего не происходит.

Она глубоко вздохнула и села на стул за прилавком. Я устроилась рядом, на всякий случай пододвинув к женщине вазочку с конфетами. Но та на них даже не посмотрела.

— Ты ведь знаешь, кто я, да?

Пожала плечами. Что тут скажешь? Я, может, и была ведьмой без высшего образования, но зато с мозгами. И сопоставить два очевидных факта могла.

О том, что леди Марибет имела роман с отцом, я поняла, когда с ним говорила. Папа побледнел, услышав ее имя. Вряд ли, если бы они были просто друзьями, он бы так отреагировал.

Складывалась картинка далекого прошлого. У отца и фрейлины случился роман, девушка родила ребенка. Зная, что серьезно нарушила все правила, она отдала ребенка отцу, надеясь, что тот вырастит его и полюбит. Во всем этом мне было неясно лишь то, как папе удалось уговорить жену взять меня.

— Мне нельзя было оставлять ребенка, я клялась кровью, что буду служить королеве. Ты оказалась бы в опасности. Я думала, тебе будет хорошо с отцом, я и представить не могла, что они обойдутся с тобой вот так. Ты меня ненавидишь?

— Нет, – чуть улыбнулась я. – Не ненавижу.

— А я себя – очень. Сейчас я думаю, что нашла бы способ… Может, оставила бы тебя во дворце и никому не рассказала, чья ты дочь, может… не знаю, нашла для тебя какую-то хорошую семью или вымолила у королевы разрешение покинуть дворец! Но я действительно и не предполагала, что твой отец выгонит тебя из дома. Я была молодой и глупой, Дейзи. Я предпочла просто откупиться, надеясь, что Филипп тебя воспитает. Мне бы насторожиться, что он еще тогда обманывал жену. Но сделанного не воротишь. Я не могу сделать твое детство более счастливым, но могу помочь с юностью. Заканчивается срок моей службы у королевы, мне дадут разрешение уехать. Я хочу перебраться в Азор-град и… Дейзи, ты не хочешь поехать со мной? Я не надеюсь стать для тебя матерью, но, может, подругой? Поверь, я многому могу тебя научить.

— Мое наказание истекает через год, – вздохнула я. – Меня не отпустят.