Пыль и сталь - Илья Карпов Страница 95

Последняя фраза несколько смутила Маркуса.

— Что же заставило вас… тебя покинуть родные края? – спросил он, стараясь не подать вида.

— Видите ли, меня всегда влекли дальние страны, – мечтательно ответил Тиберий. – Еще в годы учебы я овладел языками разных народов, даже способен изъясняться по-эльфийски, если использовать простые фразы… Но знать наречия и не побывать на их родине было для меня мучительно. Поэтому, едва окончив учебу, я испросил у отца дозволения отправиться в путешествие.

Аэтиец облокотился на фальшборт и принялся завороженно глядеть на шумящее за бортом море.

— Так, из Алестии я направился в стольный Нераль, оттуда – в Ренуар, где познакомился с капитаном Жилем и взошел на борт «Звезды Запада». Так я и оказался на Вальморе. Чудесный остров, полный чудесных людей…

Маркус не удержался от горькой усмешки, но Тиберий, кажется, не заметил этого.

— Теперь вот держу путь в Гирланд. А оттуда, полагаю, отправлюсь по суше на юг Энгаты.

— Путешествие, достойное великого Хельма, – улыбнулся Маркус. – Многие за всю жизнь не видят столько, сколько ты за столь короткое время.

— Поэтому я записываю все, что сочту примечательным… – Тиберий вдруг замолчал и встрепенулся. – И вы мне очень поможете, если расскажете что-нибудь об Академии!

Несколько минут назад Маркусу больше всего на свете хотелось вернуться в каюту и отлежаться, но теперь ему стало гораздо лучше. Мятная настойка аэтийца действительно сработала.

— Что ж, – ответил маг, – если ты готов снабжать меня своим чудодейственным снадобьем каждый раз, как морская болезнь заявит о себе, я расскажу тебе все, что пожелаешь.

В руках Тиберия тут же оказалась связка бумаг и деревянная палочка с заточенным кусочком серебра на конце.

— В каюте у меня перья и чернильница, но с такой качкой я рискую испортить все записи, – пояснил он, перехватив заинтересованный взгляд мага. – Итак, первым делом расскажите, почему маги оказались на острове? Дело в желании обособиться от мирского? Вроде монастыря? Или скрыть тайные знания от простого люда?

— Ни то, ни другое, и даже ни третье, – пожал плечами Маркус. В памяти тут же всплыла лекция по истории, которую он не раз и не два читал перед скучающими студентами. – Когда-то давно маги обучались вместе с немагами в магической школе Хельмгарда, – начал он, по привычке заложив руки за спину. – Мы как раз должны причалить в тех краях. Хельм Буревестник, основатель школы, вообще считал сокрытие знаний кощунственным. «Невежда хуже негодяя» – так он говорил. В его школе несмышленые дети становились школярами, а школяры – магистрами, сведущими как в мирских, так и в магических науках. Сам же Хельм принял титул архимагистра.

— Но все изменилось, когда…

— Когда магистр Мортимер открыл некромантию.

— Некромантия… – повторил Тиберий под скрип серебряного острия. – Вы имеете в виду беседу с покойниками? В землях Анмода этим занимаются аш’медаи, говорящие-с-мертвыми. Люди платят им, чтобы пообщаться с ушедшими родственниками. И иногда они даже оказываются не шарлатанами…

— Нет, я говорю о воскрешении мертвых. – Маркус поморщился. – Если так вообще можно назвать поднятие истлевшего тела из могилы. Некромант привязывает к нему отпечаток души, вливает магическую силу… В общем, не стану врать, я почти ничего об этом не знаю.