Мой бывший за 500 золотых - Кира Эро Страница 96

— Всё возможно, — усмехнулся Вериан, и в его глазах мелькнуло что-то озорное.

Миера, сидевшая рядом в кресле с книгой на коленях, отложила её и выпрямилась, словно её осенило что-то гениальное.

— Ребята, что я придумала! — воскликнула она, и глаза её загорелись. — Вам надо пожениться по человеческим обычаям. Я тут вычитала такой красивый обряд…

— Ничего, что я пока в рабстве у невесты? — рассмеялся Вериан, и смех его был лёгким, свободным, спокойным.

Смеётся. Он смеётся. Без напряжения, без тени того контроля, которым он всегда себя сдерживал.

— О, ничего, — отмахнулась Миера. — Это просто формальности. Всё можно устроить, верно?

И она начала с жаром рассказывать об обряде сочетания — где в одной из традиций невесту и жениха осыпали цветами, где произносились клятвы под открытым небом, где связывали руки лентами в знак союза.

— Айви, что скажешь? — спросила она, повернувшись ко мне.

Я вздохнула, откинув голову на плечо Вериана.

— Не зовите меня на эту свадьбу, если там не будет ледяного вина, которое сделает мой дроу, — пробормотала я, и губы сами растянулись в улыбке.

Вериан закатил глаза.

— Белора была права, ты заставляешь меня работать.

— Точно, — кивнула я серьёзно. — Хватит бездельничать!

Он прижался губами к моей шее — мягко, почти невесомо, — и его дыхание обожгло кожу.

— Ты выйдешь за меня замуж, огненная Айвиэль? — прошептал он почти в ухо, и голос его был низким, хриплым, полным чего-то такого тёплого, что сердце сжалось.

— О, да, — ответила я, и слова вылетели сами, без раздумий.

Миера цокнула языком, скрестив руки на груди.

— Ну что, дроу, о свободе забудь. Из рабов сразу в мужья.

Вериан пожал плечами, и в глазах его мелькнула озорная искорка.

— Так у вас вроде патриархат? Так что мы ещё посмотрим, кто будет главным.

— Аааа, вот чего он хочет? — воскликнула Миера, указывая на него пальцем.

— Точно-точно! — поддержала я, изображая возмущение. — О, я уже почти передумала его освобождать, — добавила я, сузив глаза.

Вериан схватил меня на руки — быстро, неожиданно, — и понёс к выходу из гостиной.

— Пойдём, жена, поговорим, — сказал он, и в голосе его звучала такая решимость, что я почувствовала, как внизу живота что-то сжалось.