Ева из преисподней - Амалия Мо Страница 97

Колющий страх пронзил насквозь; казалось, что любой неверный шаг и голоса поглотят, захватят, своей древней, необъяснимой волей. Я не выдержала, рухнула на холодную, твёрдую землю и закрыла уши руками, отчаянно пытаясь унять звуки, разрывающие сознание. Кайнер метнулся ко мне, но в тот же миг тропа, ведущая к Вратам, вспыхнула огнём, ярко засияв, не позволяя демону добраться.

Он кричал, умолял выбираться из ловушки, но я не могла ни подняться, ни взглянуть на него. Я не могла даже пошевелиться.

«Здравствуй, Ева,» – сквозь хаос и гул, пронизывая весь невыносимый шум, прорвался один чёткий, резкий голос.

Я ухватилась за него, как за спасательный круг в этом ужасающем омуте.

— Кто… кто ты?

«Я ждала тебя, Ева.»

Мысли с трудом пробивались сквозь поток сводящих с ума голосов. Всё звучало так, будто Врата действительно живые, как рассказывал Кайнер. Та самая женщина, что прокляла себя магией…

«Ты правильно всё поняла», – голос подтвердил догадки.

— Я… я здесь, чтобы отправить демонов обратно в Преисподнюю, – слова сорвались слабым шёпотом, будто я не верила в то, что говорю.

«Верно. Ты отправишь их домой, потому что два мира не могут быть единым, а люди и демоны не созданы друг для друга.»

— Как мне это сделать? Как открыть проход?

«Всё просто, Ева. Время проклятия подошло к концу с твоим рождением. Первая женщина, что полюбила демона, взяла на себя эту ношу, а последняя снимет её. Моя смерть начала всё, твоя завершит.»

Мысли понеслись вихрем, сталкиваясь, путаясь, а внутри всё кричало от ужаса. Мозг отчаянно пытался найти объяснение, но ни одна мысль не могла оправдать услышанное. Нет, это невозможно. Почему я должна умереть? Внутри всё протестовало, каждая клеточка сопротивлялась этому вердикту. Но голос Врат звучал так твёрдо и неотвратимо, что не оставалось ни капли сомнений.

Животный страх поднимался из глубины, охватывая разум, и тело наливалось тяжестью свинца. Каждое слово Врат впитывалось в плоть, медленно отбирая силы, заставляя принять эту безумную, немыслимую правду. Нет, смириться с этим я не могла, не могла позволить этому случиться.

Паника накатывала волнами, лишая возможности сопротивляться, но в сердце ещё теплился огонь: слабая искорка, шепчущая, что должна быть надежда, другой путь; что это всего лишь испытание, а не смертный приговор.

Голос Врат продолжал звучать, и внутри нарастало ощущение неминуемого конца, который казался неизбежным. Я осознала, что стою на пороге чего-то гораздо большего, чем моя жизнь, и что этот выбор, этот момент стал переломной точкой, из которой уже не будет возврата.