Падение - Кэтрин Рок Страница 97

— Ты же меня ни разу не победил. С чего вдруг решил, что теперь сможешь?

— Эй ты. Рот свой поганый закрой. Ты тоже меня ни разу не победил. Так что, даже если наш бой будет последним, но я все равно убью тебя.

— А зачем оно?

— Зачем оно? Ты убил отца, и я должен отомстить за него, — прорычал Лутас.

Лицо Вирия медленно вытянулось. В глазах отразилась печаль и огонек надежды.

— Лутас… Но я хочу жить.

В воздухе повисла тишина.

— Я хочу жить… Я наконец стал ценить свою жизнь. Я благодарен за то, что родители подарили мне ее. Я… словно снял с себя оковы, что сковывали мне душу.

— …Замолчи.

— Подумай над тем, почему ты так легко готов отказаться от своей? Ради чего?

— Замолчи, говорю. Я не трус, как ты. Я…

— Боец? Воин? Тот, кто готов отдать жизнь ради сохранения чести?

— А даже если и так? Мне противно слышать твои слова! Ты предал нас! Ты предатель! Трус! И тебя ждет смерть и бесчестие!

— Тебя тоже ждет смерть, Лутас. Смерть, короткое почитание теми, кто тебя толком не знал, и неминуемое забвение… Вот только я умру свободным, а ты нет, — сказал Вирий.

Лутас молчал, но слышно было его тяжелое дыхание. Вирий глубоко вздохнул и опустил голову.

— Но я бы предпочел пожить еще…

Алекта вошла в пещеру и окинула взглядом широкий прямоугольный стол, за которым уже сидело двенадцать женщин, включая мать. Шестеро сидело с одной стороны, пятеро с другой, а Мегерия располагалась во главе стола. Она указала Алекте рукой на свободный стул, что был рядом с ее.

— Присаживайся, а то мы уже заждались.

— Да, мать. Простите все за задержку, помогала вешать амфибий на крюки, — сказала Алекта, садясь на свой стул.

— Вы хорошо потрудились. Замечательный улов. Молодцы, — тут же с доброй улыбкой сказала одна из старушек.

— Да, еды теперь достаточно. Даже запасы сделать хватит, — сказала вторая.

— Уже занялись засолкой мяса и водорослей. Еще коптить хотели и высушивать, — охотно подхватила Алекта.

— Труженицы наши, молодцы какие. Мы тоже будем усерднее работать. Принеси свои штаны да сапоги мне. Подлатаю да постираю.

— Хорошо, после совета занесу. У меня у одного сапога подошва немного отошла и штаны в одном месте порвались.

— Вот и славно. Старуха с радостью всё сделает, милая. Помогу от души, — сказала старушка, и остальные поддакнули.

— Мне можешь принести нож, наточу как следует, — сказала женщина, которая была чуть моложе, но коренастая на вид.

— Хорошо. Принесу, спасибо, — с улыбкой кивнула Алекта.

— А мою юбку сможешь подлатать заодно? Вчера, когда прутья расправляла, зацепилась за железяку и порвала. Пришлось сегодня неудобную юбку надеть, а то срамно в той, люди неправильно поймут. Дыра прямо на попе, будто пукнула посильнее, — шутливо подхватила другая женщина и залилась смехом. Все дружно засмеялись.

— Ой, болтаешь чепуху, дуреха. Приноси свою срамную юбку, заштопаю, — весело сказала старушка.

Мегерия наконец прочистила горло, привлекая всеобщее внимание.

— Посмеялись, да пора на серьезные темы поговорить, — сказала она и взглянула на Алекту. — Расскажи нам подробно, что видела.

— Мы наткнулись на Огонька. Он, похоже, увидев наш свет, принял нас за своего и приплыл из темени.

Все женщины охнули и помрачнели. Лица изменились до неузнаваемости. В воздухе повисло напряжение. Алекта в мельчайших подробностях рассказала то, с чем они столкнулись.