Его одержимость - Эмилия Грин Страница 101

Конечно, она будет спать в моей постели.

Это всего лишь вопрос времени, и мне совершенно не хотелось его терять.

Потому что от одного только взгляда Веры меня плавило, бросая то в жар, то в озноб. Желание невыносимым импульсом распространялось вдоль позвоночника, концентрируясь в районе паха.

— Исключено, – уголки ее сочных губ поползли вверх, затем Вера нацепила на лицо уже привычную непроницаемую маску, пока в ее карих глазах нарастало нечто жгучее, цепляющее за живое.

Прекрасная в своей ненависти.

— Как тебе будет угодно. Ты ведь в курсе, что я вообще тебя здесь не держу… – хотелось ухмыльнуться, ведь теперь Вера была буквально связана по рукам и ногам.

В моей власти.

А когда она забеременеет…

— Ты бледная и выглядишь уставшей. Немного отдохнешь с дороги? Или пойдем ужинать?

Ее искаженный ненавистью взгляд пробирал до костей.

— Я хочу побыть одна, – судорожно хватая ртом воздух.

Какая досада. Потому что я чуть не откинулся, пока продумывал наш «отдых», и не готов был так быстро распрощаться…

Приблизившись, я поднял руку, накручивая на палец прядь белоснежных волос своей строптивой «пленницы».

Вера вздрогнула, стоически не отводя от меня своих печальных глаз. Отпустив бархатистый локон, я перехватил ее за высокий воротник свитера, и, слегка дернув на себя, услышал слабый треск ниток.

— Жаль. Потому что я очень соскучился, Вер, – непроизвольно наклоняясь еще ближе.

Ответом мне послужил очередной метающий молнии взгляд. Моя прекрасная жена источала ярость, которая действительно обжигала. Рядом с ней меня скручивало в бараний рог.

Это не было притворством.

Она приехала сюда не ради меня или первоклассного траха, как бы я не тешил себя ложными иллюзиями.

И это доводило до белого каления, потому что, даже засадив ее папашу за решетку, я не чувствовал эйфории.

Для полного счастья мне не хватало ее.

Веры.

Эгоистично. Да.

Мудачество в чистейшем виде.

Больное помешательство.

Но как есть.

Глядя в ее замутненные яростью глаза, я испугался. Вдруг понял, что охуеть как боюсь потерять девчонку, ведь даже рождение ребенка не было гарантом, что мы останемся вместе.

Смогу ли я ее отпустить?

Ведь очевидно, что пташка выпорхнет из клетки при первой же возможности, как только ее папаша окажется на свободе.

Я резко подхватил девчонку на руки, прижимая к груди, и, не обращая внимания на ее жалкие трепыхания, сделал несколько поспешных шагов вглубь комнаты, резко, со свистом втягивая ее блядский запах.

— Отпусти меня, ублюдок!

Вера лишала меня всяческой веры в здравый смысл. Она. Я. Кровать. Дорвался, медленно опуская свою ненаглядную на матрац. С трудом себя стопоря… Ой, с трудом…

— А ведь у нас так и не было первой брачной ночи, – склонился к ее губам, желая раствориться в поцелуях маленькой чертовки.

Дочка кровного врага. А я как мычащее животное.

М-м. Резьбу срывало с полуоборота…

— Отпусти-и… – упираясь ладошками мне в плечи, Вера прошлась кончиком языка по своим приоткрытым губам.

Блядь.

Блядь!

— Тише… Я просто поцелую…

Задыхался, ощущая дрожь ее тела под собой, пока член болезненно пульсировал. Какая же невероятная. Разгневанная. Моя.

Подыхал от нестерпимого желания близости, мысленно возвращаясь на несколько недель назад в те времена, когда мог любить эту чертовку часами напролет. Оргазм за оргазмом.