Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? 18+ - Игорь Некрасов Страница 109

Мои ладони, все еще смазанные маслом, наконец сдвинулись с мертвой точки. Я коснулся ее кожи чуть выше талии, и она вздрогнула, издав короткий, прерывистый вздох.

Я начал медленно, почти робко, подниматься вверх, скользя по ее бокам, огибая упругие ребра. Каждое движение было пыткой и наслаждением.

И я чувствовал, как под моими пальцами ее тело оживает, как напрягаются мышцы живота, как учащается ее дыхание.

Мои большие пальцы невольно провели по нижнему изгибу ее груди, и она застонала, еще больше выгнувшись навстречу.

— Да… ахх… вот так… — ее голос был хриплым. — Не бойся… касаться… меня.

Мои пальцы пошли дальше, нежно перемещаясь по изгибу ее груди, очерчивая вокруг, и ее соски затвердели, превратившись в маленькие твердые драгоценные камешки.

— Да… продолжай… — прошептала она, и это прозвучало как заклинание.

И я понял, что не могу больше сопротивляться. Я обхватил ее грудь ладонями, и она вся затрепетала, ее бедра непроизвольно приподнялись со стола.

Затем я, действуя как автомат, будто запрограммированный, наклонился ниже, мои губы оказались в сантиметре от ее кожи, от ее упругой груди, от ее твердого сосочка.

Я чувствовал исходящий от нее жар, сладкий и пьянящий. И мой шаловливый язык сам, будто мимо моей воли, провел по ее соску, и она взвыла, её рука взлетела и впилась пальцами мне в волосы.

Вскоре я потерял счет времени и растворился в пространстве, в ней. Был только он — этот кабинет, ее тело под моими руками и губами, и оглушительный грохот крови в ушах.

Я ласкал ее грудь то губами, то языком, то легкими покусываниями, и она отвечала мне дикими, неконтролируемыми стонами, пока её тело извивалось в такт моим прикосновениям.

Не знаю, сколько минут это продолжалось, но вдруг ее рука снова накрыла мою и резко, властно потянула вниз, к самому краю тех самых черных трусиков.

— Я хочу чувствовать тебя… там… — на выдохе произнесла она, и в её голосе не осталось ничего, кроме чистой, животной похоти. — Сейчас… быстрее…

Наши руки добрались до цели, и её пальцы, властные и наглые, еще крепче схватили мою ладонь, прижав ее к тонкой, уже влажной от её соков ткани трусиков. И я почувствовал пульсацию, жар, и мое собственное тело ответило на это мощной, болезненной пульсацией в паху.

У меня больше не было выхода. Не было сил бороться. Не было желания отказываться. Я готов быть её инструментом. И сейчас она явно собиралась сыграть на мне свою самую похабную симфонию.

Мои пальцы впились в шелк, чувствуя под ним пылающую плоть. Каждая клетка моего тела кричала, но теперь это был не крик о необходимости проникновения, а жажда дать ей наслаждение другими, не менее острыми способами.

Воздух стал густым, как сироп, и каждый её вздох приносил её запах — смесь пота, духов и чего-то дикого, первобытного женского сводила меня с ума.

— Давай, — ее голос был хриплым, уже лишенным всякой игривости. — Ну же…

Вместо того чтобы пытаться снять, я дрожащей рукой лишь отодвинул тонкую шелковую полоску в сторону, обнажая влажную, трепещущую плоть её киски.

Этого оказалось достаточно. Более чем достаточно.

— Видишь, какая я мокрая? — она прошептала, и ее рука снова легла на мою, ведя мои пальцы к тому самому сокровенному месту. — Из-за… тебя.

Мои пальцы коснулись ее половых губ, и она резко выгнулась, издав сдавленный стон. Ее киска была обжигающе горячей, приятной и невероятно влажной. Я замер, чувствуя, как под моим прикосновением ее тело содрогается в предвкушении.