Клеймо мажора - Любовь Попова,Елена Гром Страница 112

Данте воет мне в губы, я и сама стону, пока члену внутри пульсирует, растягивая меня под себя.

Поцелуй прекращается, и теперь мы оба вымазаны как индейцы красной краской перед жестоким сражением с врагом.

И это недалеко от правды, потому что каждый удар члена о матку похож на яростную схватку, которая обязательно закончится той самой маленькой смертью.

И чем чаще эти удары, чем ближе смерть.

И мы оба ее ждет, соревнуясь в том, кто на этот раз ее получит быстрее. Кто быстрее кончит.

— Да, да, да, еще… Пожалуйста, еще…

— Какая же у тебя там узко. Знаешь скольких трудов мне стоило не насиловать тебя каждый. Сука. День. Хочу тебя, всегда хочу.

— Бери, пожалуйста, бери.

— А теперь не отмажешься. Теперь ты моя… Бля…

Оргазм начинается между ног, сковывает клитор, заставляя стенки влагалища сильно сжиматься.

— Данте…

— Давай, давай, кончай, как только ты умеешь.

— Мы тут…

— Похуй, где… Кончай, я сразу за тобой, — шипит Данте, только усиливая давление пальцев на бедрах, врезаясь в меня на полной скорости, рассекая нервную систему, позволяя полностью раствориться в ощущении удовольствия, что убивает и оживляет одновременно.

Я кончаю с криком и почти сразу чувствую, как нутро наполняется горячим семенем, а Данте рычит, стискивая зубы и вдавливаясь лбом в мой, кончая второй раз.

Мы шумно дышим, поглаживая кожу, покрытую капельками испарины. Смотрим в глаза и одновременно смеемся, словно достигли долгожданной цели. Вместе.

— Стоило оно ожидания? — спрашиваю тихо, пока тело гудит как паровоз, а в висках до сих пор пульсирует.

— Непонятно пока, надо повторить…

— Давай ночью, мы и так тут устроили армагедон, — смотрю по сторонам, представляя сколько это все прибирать. И еще помыться.

Данте достает свой член, роняя несколько капель на пол.

— Нас ждет пополнение? – усмехается он, остыв немного. Я качаю головой.

— Я села на таблетки почти сразу как мы сошлись.

— Какая продуманная, — отходит он, осматривая свою работу. Господи, я никогда не была настолько грязной. Но, наверное, впервые это грязь именно внешняя, а внутри стерильно чисто. – Походи так, мне нравится.

— Ну уж нет. Тут, где – то были душевые.

Мы действительно находим, где помыться, а когда покидаем студию, понимаю, что профукали целый день съемки. Более того заплатили людям просто так.

— Моделей буду искать я, — говорю, когда мы садимся в машину. Данте пожимает плечами и спокойно ведет машину, пока я выбираю в социальной сети приятных девушек. Но почему – то думаю о том, понравятся ли они Данте.

Почему я не могу решить ничего сама.

— Как тебе эта?

— Я думал ты сама будешь выбирать, — смеется Данте, заворачивая на парковку китайского ресторана. – Голодная?

— Это тонкий намек на мою задницу?

— Бля, Люб, заебала с этим. Охуенная у тебя задница. Может если ее трахнуть, ты успокоишься?

— Да я пошутила, че ты сразу… — хочу открыть дверь, но Данте пихает меня обратно, открывая двери сам. – Придурок блин.

— Сама такого выбрала.

— Я выбрала других, но ты всегда маячил где – то рядом, как неизбежное зло…

— Добро тебя не возбуждает.

К ресторану мы идем за руки, а Данте все время улыбается как дурак.

— Что ты десна сушишь?

— Предвкушаю сегодняшнюю ночь.

— Ты не устал? Мы можем перенести на завтра.

— Ты устанешь ждать, когда я устану, — хохочет он, когда к нам подходит девушка, чтобы проводить за столик. Она так жрет его глазами, что хочется вырвать ее нарощенные ресницы.