Нам нельзя - Инна Инфинити Страница 14

Герман снова стонет. Громко.

— Блядь, охуенно, — и слегка нажимает мне на затылок.

Я ускоряюсь. У меня появляется дикое желание довести Германа до оргазма. Я хочу превзойти всех девушек, которые были у него раньше. Особенно Лену. Вряд ли, конечно, у меня получится. Но я очень-очень постараюсь. При этом у меня самой между ног полный потоп. Смазка выходит из меня и течет вниз по ногам. Я непроизвольно сжимаю бедра.

На секунду выпускаю член изо рта, вожу по нему рукой. Тяжелое дыхание Германа со свистом рассекает воздух. Он на грани. Снова беру в рот. Делаю несколько движений, и чувствую, как рот наполняет густая жидкость. Герман громко стонет. Вдавливает меня в свой пах. Я стараюсь быстро все проглотить. Его тело потряхивает мелкой дрожью, я чувствую это. Когда во рту не остается жидкости, я выпускаю член и перевожу дыхание. С опаской поднимаю на Германа взгляд, ожидая вердикта.

— Для первого раза ты охуенно справилась, — после оргазма он еле ворочает языком. — Теперь я хочу выебать тебя как следует.

Глава 9. Карамель с солью

Герман разворачивает меня к столу и опускает на него. Я утыкаюсь лицом прямо в пачки с долларами. Не думаю, что Герман это специально, но получилось символично. Содержанку трахают лицом в деньги. Я бы даже рассмеялась, но не успеваю, потому что по моей ягодице прилетает звонкий шлепок.

— Охуенная у тебя задница.

Это самый пошлый комплимент, который мне доводилось слышать. Я густо краснею, но Герман не видит моего лица. И поза, в которой я нахожусь, до одури пошлая и развратная. Короткая футболка задралась вверх, белья на мне нет. Я чувствую, как Герман рассматривает меня сзади. Его взгляд почти осязаем. Он обжигает мои голые ягодицы огнем, заставляет кожу покрываться мурашкам. Я пылаю. От стыда, от возбуждения, от желания и от любви к этому жесткому мужчине. Ну почему у меня нет желания сбежать от Германа? Почему я хочу остаться с ним, несмотря ни на что?

Шлепнув меня по ягодицам еще раз, Герман проводит пару раз членом по клитору, а затем резко входит. Это больно. От неожиданности я вскрикиваю. Но Герман не обращает внимания. Сильнее хватает меня за бедра и начинает быстро двигаться. Боль не отступает, но вместе с ней появляются новые ощущения — приятные. Они переплетаются между собой в тугой канат, создавая очень необычный микс чувств. Боль вперемешку с наслаждением. Как карамель с солью.

Я тяжело дышу и хватаюсь пальцами за край острова. Запах свежей краски, исходящий от новеньких купюр, щекочет ноздри. Он напоминает, кто я для Германа. Содержанка без каких-либо прав. И ведет он себя со мной соответствующе — как с вещью, которую купил. Готова поспорить на что угодно: с Леной он таким не был. Я снова испытываю ревность к сводной сестре. И зависть. Герман любил ее, а не просто хотел, как меня. Но я даже на такое согласна. Потому что это максимум, который мне светит с Германом. И то — потому что он не знает, кто я на самом деле. А так Герман ко мне бы на пушечный выстрел не приблизился.

Я отодвигаю в сторону пачки долларов. Сейчас они меня отвлекают, а я хочу сосредоточиться на ощущениях. Герман ни на мгновение не сбавляет темп. Звук быстрых шлепков двух обнаженных тел разлетается по комнате. Герман наматывает мои волосы себе на руку и тянет голову назад. Ни на миг не останавливая движений, склоняется к уху и сбивчиво шепчет: