Его одержимость - Эмилия Грин Страница 142

Только не его… Только не его…

— Вера? – услышала я глухой взволнованный голос Вадима.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 74

Игнорируя Полянского, я беззвучно лила слезы, уткнувшись носом в колени. Сердце сжималось от безнадеги и накрывшего меня, какого-то паралитического ужаса…

А что, если бы Ольга не оказалась такой предусмотрительной и дальновидной и уже бы спала?

Королевский минет, и я обо всем забуду! Идет?

Потрогав саднящую щеку, я встретилась с наполненными тотальным чувством вины карими глазами Вадима, непроизвольно ощерившись.

Та ночь в его домике стала для меня отправной точкой в персональный ад. В преисподнюю.

Ошибка, после которой все пошло наперекосяк…

Стиснув руки в кулаки, я буквально пропускала через себя всю ненависть мира. Черную. Всепоглощающую. Заставляя его жрать ее. Давиться. Упиваясь тем, что он же сам и сотворил.

Словно охотник, загнал свою дичь в тупик.

Разрушил все светлое.

Абсолютно. Все.

— Вера, я отвезу тебя в больницу? – я содрогнулась от звука его напряженного голоса.

— Завтра, - медленно поднявшись на ноги, я дрожащими руками открутила вентиль: умылась ледяной водой, почистила зубы, непроизвольно морщась – щека ныла, - Все завтра. Сейчас я просто хочу забыться, - не глядя на него, я вернулась в комнату и забралась в кровать, на автопилоте проверяя под матрасом газовый баллончик: обнаружив, что он на месте, я как-то резко провалилась в небытие.

Несмотря на пережитый стресс, неожиданно во сне я увидела свою семью: маму с папой, сестренку, пса Лакки…

Это был один из тех беззаботных счастливых летних дней, когда отец готовил барбекю, а мы с мамой и Любой – десерты.

* * *

Сознание медленно возвращалось сквозь липкую паутину остаточного стресса, когда, присев, я увидела Вадима.

Он сидел в кресле напротив моей кровати, в той же одежде, что и вчера - помятая рубашка, брюки. Несколько глубоких морщин проступили между его сведенных во сне бровей.

Словно хищник, почувствовав пробуждение своей добычи, Вадим резко открыл глаза. В них плескалась смесь горечи и облегчения.

Я непроизвольно отметила, что выглядел он не очень, будто на несколько лет постарел за одну ночь: бледный, осунувшийся, с заросшими щетиной щеками.

— Вера, ты проснулась… - едва слышно, хриплым полушепотом.

Я лишь кивнула, не размыкая губ.

Внезапно Полянский пересел с кресла на край кровати. Подхватив мою слабую руку, он поднес ее к своему лицу, мягко сжимая в кулаке.

— Не прогоняй меня… - Вадим не отрывал взгляда от моего пострадавшего лица – место удара все еще болело, я догадывалась, что за ночь на коже проступила безжалостная пятерня Евгения.

— Даже при всем своем желании это трудновыполнимо, учитывая, что я – твоя пленница, - хмыкнула я, переместив взгляд на стену за его спиной.

— Быть пленницей – это исключительно твой выбор, Вера, - он помолчал, - Никто не запрещает тебе занять место королевы на шахматной доске, - добавил он, обдавая мои пальцы струйкой теплого воздуха, так, что по коже поползли мурашки.

Смогу ли я когда-нибудь стать его королевой?

Вместо того, чтобы бороться со злом, примкнуть к нему?

Какой абсурд…

— Где Женя? – спросила я с деланным равнодушием, хотя от одного упоминания его имени меня вновь чуть не вывернуло наизнанку.