Сделка - Лисса Джонс Страница 169

«Кто?»

«Неважно. Забудь. Я сейчас удалю».

«Поздно. Я загуглил».

«Только не комментируй».

«Хорошо. Но нет, околоБДСМные игры – не моя история. Я – гедонист, а не садист»

«Ты даже в сообщениях ставишь тире? Ты маньяк. Что значит гедонист… Ну, в этом плане?»

«То же, что и во всех остальных. В постели предпочитаю боли красоту и наслаждение».

Василиса набирает сообщение. Но ничего не приходит.

«Уже минуту печатаешь, милая. Гуглить «эстетичное порно» не стоит. Все равно не найдешь нужного».

«Я ничего не гуглила! Просто отвлеклась. Я буду завтра с утра и до обеда. Ты приедешь?»

«Конечно. Заеду за тобой до завтрака. Считай, завтра будет компенсация за то, что ты решила продинамить меня сегодня».

Вместо Никольской я провел пару часов с Сашей – и даже управляющий уже ушел за кофе.

«Мне скоро выходить. Немного переживаю)».

«Уверен, ты всех сразишь. Удачи, Василиса».

— Виктор Александрович? – Саша заглядывает в кабинет, заставая меня с идиотской улыбкой на лице. Но делает вид, что ничего не заметил. – Еще не смотрели сетку городских фестивалей?

Выныриваю из фантазий в реальность. Сажусь прямо, кивком головы приглашаю Александра войти.

— Нет, Саш. Еще нет. Остановился на аукционе неизвестных художников. Присоединишься?

— Да. Слушайте, Виктор Александрович, я хотел уточнить по поводу последнего эмейла. Хотите в следующем году предоставить галерею в качестве площадки для музыкального фестиваля?

— Да, хочу. Думаю, нужно немного расширить горизонты нашей деятельности. И еще. Идея с волонтерами была хорошая. Прости, что я тогда порычал.

Какое-то время мы оба сидим молча за изучением портфолио ноу-нейм художников, чьи работы было бы интересно оцифровать. Когда телефон в очередной раз вибрирует и на экране высвечивается ее имя, снимаю блокировку без задней мысли.

«Твой внутренний гедонист будет доволен».

Загрузка изображений.

Твою же мать.

Три фото.

Сэлфи в зеркале в ее комнате, должно быть.

Она. Короткое закрытое платье с золотыми пуговицами спереди, черные прозрачные колготки и туфли, высокий пышный хвост. Ей идет черный.

Слюна собирается во рту

Она. В полный рост. Чистейший алый. Идеальный красный оттенок на загорелой коже. Тончайшее полупрозрачное кружево. Аккуратная приподнятая грудь. Изящная линия женского силуэта.

Мощная волна жара бьет наотмашь. Кровь приливает к члену.

Она. Сидящая на полу, спиной к кровати. Подтянувшая к себе ноги. Так, что не видно ничего лишнего. Но так, что фантазия быстро дорисовывает, как я развожу эти ноги и вытрахиваю из нее желание довести меня до сдвинувшейся крыши прямо перед намечающимся собранием с коллективом.

«Думаю, ты прав. Я всех сражу. Это платье и комплект висели в шкафу мертвым грузом. А зря, да? Я люблю красный, но как-то… Боялась носить)».

Очень зря.

Яркие цвета – определенно ее.

Я бы трахнул ее, не раздевая.

Ей пойдет красная лента на запястьях.

И кляп с розой.

Чистейшая эстетика. Ты создана для таких вещей, милая.

«Я вижу, что ты уже пять минут печатаешь, милый».

Да, ты определенно жаждешь сама и кляпа, и веревки.

«Мог бы хоть реакцию поставить. Я решалась на это с самого утра».

«Хочешь, чтобы я подрочил прямо звонке или прислать видос?»

«Витя!!!! Куда ты дел гедониста?! Верни его!»

«Как скажешь. Он скоро будет. Не отвлекайся от доклада, Василиса».