Маня, суровый босс (не) твоя няня! - Мира Цветова Страница 27

Выхожу на улицу, оглядываясь по сторонам, вижу, что туда-сюда снуют охранники, что-то кричат, но девочек найти не могут.

Они где-то рядом, я уверен, возможно сейчас сидят в подвале или в гараже и поют свои коронные песни, чтобы мы их услышали.

— Парни, — подзываю людей Злобнева, — нашли какие-нибудь вещи или игрушки девочек? Хоть что-нибудь…

— Нет, ничего… простите, Николай Васильевич, но они… девочки как будто просто испарились.

— Не может такого быть! Ищите! Во все, бл…, дома заходите, обыскивайте и спрашивайте, видели или нет девочек…

Резко замолкаю, понимаю, что всё это время звал не того и не так.

— Аврора, — зову собаку, — Аврора, где ты? Аврора!

Не проходит и минуты, как я замечаю в конце улицы знакомый силуэт.

Это же она!

— Аврора… умничка, иди сюда, моя хорошая! Аврора, ты не видела, стоп… что это у тебя?

У собаки в пасти кусок ткани, видимо, с чьих-то штанов.

Девочка явно сделала кому-то нехилый «кусь».

И явно не по любви…

— Аврора, ты знаешь, где девочки? Веди меня к ним, скорее, моя девочка, мы должны спасти наших бандиток.

Без лишних слов и уговоров Аврора разворачивается и бежит куда-то вниз по улице, а я машу парням и бегу за ней.

Пробежав всего пару домов, я слышу вдалеке знакомые голоса.

— В сталом дом у обочины, тли бандитских дочели, Татьяна, Геля, Малуся… Татьянка, Геля, Малуся…

Они совсем рядом!

Сворачиваю с дороги в проулок, слышу другую песню, уже ближе.

— На лябутенах… в удобных новых колготАх…

Продолжаю бежать на голос, вижу небольшой участок между домами, с дороги так просто не разглядеть.

На участке стоит строительный вагончик, а около него дежурит громила, у которого на штанах не хватает той самой полоски ткани, которую держит в зубах Аврора.

Сам громила даже не смотрит на нас с собакой, повернувшись к вагончику, внимательно слушает песни маленьких бандиток, которые как раз затягивают свой очередной шедевр.

— Ничего не говоли, это жжёт холодец внутли, на колготы не смотли, лучше кусь нам подали…

Я аккуратно подхожу к громиле, говорю осторожно:

— Хорошо поют, чертяки.

— Аж за душу берёт, — вздыхает громила.

Понимает, что-то не так, поворачивается ко мне.

И я вырубаю громилу одним ударом.

Не растерял все свои умения за годы, уже хорошо.

Кричу парням, чтобы окружили строительный фургон и никого не выпускали, сам подхожу к дверям, резко дёргаю их на себя и…

Вижу удивительную картину!

Танюша и Геля сидят на лавке, обнявшись, поют песни.

А Маня строго выговаривает одному из похитителей:

— Ну воть кто так похищает, стыдьно за вас, господа. Ни почелка, ни благолодства, плиши, схватили, унесли… эх вы, лейтенанты, ой, дилетанты.

Похититель выглядит, мягко говоря, смущённым.

А меня, меж тем, продолжает:

— Вам надо свою фишку плидумать, наплимел, колготы на голову или маски животных, назваться пельменскими, точнее, блеменскими музыкантами. И на похищение обязательно конфеты взять, чтобы детсадовским и делевенским не было скучно.

— Во-во, — поддакивает Танюша, — а ещё лучше – шефский, ой, шведский стол олганизовать, ну и нанять аниматолов, вот тода будет во всех смыслах холошее похишение… ой, дядя Николай, длатути!

Маня с похитителем тоже меня замечают.

Малая расплывается в улыбке, а похитителем бормочет:

— Заберите их, я прошу… они меня с ума сведут… они мне уже любовь с женщиной на тридцать лет старше нагадали… мы не при делах вообще, нас просто попросили на полчаса спрятать детей, денег дали…