Таня, бандит тебе не няня! - Мира Цветова Страница 3

— Тязело…

И нехотя съедает кашу.

Я же в очередной раз дивлюсь лексикону дочери и её выражениям!

Ещё даже четырёх лет нет, а столько знает…

Этому она точно не у меня научилась и не в садике…

Но все фразы, все слова, сказанные хоть где-то, сразу запоминает.

А потом так чётко выдаёт их, хоть стой, хоть падай!

Жаль, что это забавное умение дочери никак не поможет решить наши с ней финансовые проблемы…

Долг за квартиру с каждым месяцем растёт, а нормальную работу после декрета я почти год не могу найти!

По специальности моей все хорошие вакансии заняты, а работать за копейки в моём положении – просто самоубийство.

Вот и приходится на разные подработки устраиваться, потому что с болезнями дочери на постоянке нигде не могу удержаться.

Тут неделю официанткой поработаю, там полы помою, где-то на кассе посижу или с уборкой квартир помогу.

Так и сводили концы с концами почти полгода…

Но вчера владельцы старой квартиры попросили нас съехать, заявив, что продают её!

А на аренду новой у меня даже денег толком нет…

Вся надежда на то, что сегодня в ресторане, где я последний месяц полы мою, зарплату дадут.

Каким-то чудом устроилось в это элитное заведение через подругу, которая сказала, что руководство там строгое, зато платят хорошо, если исправно свои обязанности выполнять.

А я, месяц отработав, ни разу замечаний не получила!

Поэтому сегодня надеюсь на хорошую зарплату, её хватит и на аренду новой квартиры, и на жизнь, и даже на аттракционы, куда я обещала сегодня сводить дочурку.

Садик ещё, как назло, не работает, закрылся на очередной карантин, поэтому Таня весь день со мной, командует сборами, проверяет без конца, помню ли я про аттракционы…

Забудешь такое…

Дочь сотню раз на дню напоминает!

Ещё и ночью меня несколько раза разбудила, спросив, помню я или нет про своё обещание?

Пришлось даже пригрозить малышке, сказать, что никуда не пойдём, если будет постоянно приставать…

С грехом пополам, к обеду собираемся, бежим в ресторан, чтобы до перерыва успеть в бухгалтерию местную, забрать деньги.

А там такая женщина неприятная работает.

Зовут её Галина, но всё называть бухгалтера Грынзой.

Такая придирчивая, грубая, ещё и унижает при других людях.

Ничего, сегодня и потерпеть можно, главное, деньги получить.

Благо, я успеваю до обеда, прибегаю за десять минут до перерыва, оставляю Танюшу прачке, а сама, запыхавшись от быстрого бега, стучусь в бухгалтерию, вежливо здороваюсь.

— Моя фамилия Соколова… я за зарплатой.

Грынза смотрит на меня со смесью удивления и презрения.

— Как-как фамилия? Стволова?

Даже не здоровается!

Ничего, Лиля, терпи…

Ради денег, ради квартиры, ради Танюши!

— Соколова я, — повторяю громче, — за зарплатой пришла…

— Да слышу, — недовольно отвечает Грынза, — не глухая.

Ну если не глухая, тогда зачем переспрашивать?

Грынза что-то бормочет себе под нос, достаёт из ящика стола ведомость, пробегает по ней глазами.

И вдруг выдаёт:

— Нет на тебя зарплаты, Смолова.

— Да не Смолова я, Соколова!

— Слышу, не глухая, чего орёшь? И Соколовой в ведомости нет! Так что разворачивайся и гуляй, у меня обед сейчас.

Но я не собираюсь уходить отсюда без зарплаты!

Я месяц честно отработала, даже двойные смены брала.

— Это не может быть… это какая-то ошибка!

Грынза лишь морщится недовольно.