Бывшие. Кредит на любовь - Саша Девятова Страница 32

Поделом. Так и надо. Пусть.

Дашка, что будет с ней? Она ведь совсем одна. Как выживет?

Стараюсь об этом не думать, всё, что я могу сделать сейчас — я делаю, дальше будет после. Нужно спасти из заложников, а потом… Хрен знает, что будет потом.

С Серым созваниваемся уже под прослушкой, я прошу отпустить Дарью, обещаю сделать всё, что он потребует, и он требует… много, сразу и надолго… соглашаюсь.

Моё прикрытие всё записывает, я пытаюсь торговаться, чтобы выглядело более правдоподобно, но Серый отжимает своё. Окей. Теперь следующий этап.

Наше общее дело запланировано ночью, штурмовики уже готовы, часть сопровождают меня, часть едет освобождать Дашку и возможно других, таких же, как и она.

Всё происходит синхронно. Я слышу короткие распоряжения в наушнике, также мне сообщают, что заложница освобождена. Я делаю свой ход, согласно разработанному сценарию, накрывают группировку, всех вяжут и меня в том числе. Сопротивляться бесполезно. Меня закрывают в СИЗО до решения суда. Финиш.

* * *

Дарья

После дачи показаний меня отпускают. Я спешу, всё время, пока я находилась с полицейскими, я молила вернуть мне телефон или хотя бы дать позвонить, но меня не слышали, просили немного подождать, просто отмахивались. Теперь я бегу не домой, а прямиком в больницу. Сейчас я, наконец, увижу свою мамочку, попрошу прощения, что так долго не приходила, обниму её…

— Дарья Сергеевна, а вам разве не сказали?

В коридоре клиники меня встречает знакомая медсестра Ксюша, подозрительно оглядывает мой несвежий вид и нервно закусывает губу.

— Ксюш, давай после поговорим, скажи, в какой она палате, скорее.

Я тороплюсь, мне нужно повидаться, наконец сжать в своих руках её руку, увидеть улыбку на родном лице, услышать её дыхание.

— Даш, она не в палате, — на лице Ксюши непонятное и абсолютно нечитаемое мной выражение лица.

— Её выписали? Уже? Так быстро восстановилась? Не может быть? — на моих глазах проступают слёзы, и мне хочется верить, что это слёзы радости, я заставляю себя в это верить, просто физически направляю в мозг установку, что моя мама дома, и я сейчас поеду туда, но…

Ксения слишком тяжело молчит, она отводит взгляд, нервно прячет руки в карманы медицинского халата, вздыхает…

Нет, нет и нет… Мне всё это просто кажется. Мало ли тут в клинике что произошло, может у Ксюши день плохой, может пациент противный, или главврач отругал, её грусть со мной не связана, нет, ни в коем случае.

— Ладно, спасибо, я тогда домой полетела, — трогаю я медсестре за плечо, а она вдруг резко хватает меня за руку и буквально тащит к ряду стульев возле стены.

— Даша, ты меня не поняла. Тебе должны были сказать ещё неделю назад. Твоя мама… Она не справилась…

— Нет, ты меня обманываешь, перестань так говорить, — теперь я понимаю, но верить не хочу, не могу, уши заволакивает густым шумом, в глазах пелена слёз.

— Даш, операция прошла успешно, но никто не мог предположить, что у неё оторвётся тромб.

— Молчи, я в это не верю! — я кричу, дыхание сбивается, внутри слишком быстро накатывает ком боли, я просто не могу с ним бороться, меня размазывает, я бессвязно что-то выкрикиваю, выходит усталость и злость, что копилась всё то время, пока я была заперта у друзей Вольского.

— Сюда, скорее, нужно успокоительное!