Месть. Цена доверия - Лея Вестова Страница 36

Я мучительно размышляла несколько секунд. От моего ответа зависело многое. Возможно, все. Если я открою ему правду, это сделает меня уязвимой. Он получит надо мной огромную власть. Но если я буду продолжать врать, я упущу, возможно, единственный шанс получить помощь от человека, который явно разбирается в подобных ситуациях.

Я сделала глоток чая, давая себе еще несколько секунд на размышления. Потом решилась на рассчитанный риск.

— Алексей, — начала я медленно, тщательно подбирая слова. — То, что вы видели в переговорной комнате — это действительно только верхушка айсберга. У моего мужа и у меня... скажем так, кардинально разное видение будущего компании. Он принимает ряд решений, которые, как я считаю, губительны для бизнеса, который мой отец строил несколько десятилетий.

— Губительны в общем смысле или губительны конкретно для компании, но выгодны лично для него? — прямо спросил он, и в его голосе не было ни капли осуждения — только профессиональный интерес.

Я посмотрела на него с удивлением. Он понимал гораздо больше, чем я думала. И формулировал мои смутные подозрения с пугающей точностью.

— И то, и другое, — призналась я после паузы. — Аудит, который я инициировала пару недель назад — это не прихоть скучающей жены, которая решила поиграть в бизнес-леди. Это острая необходимость. Я подозреваю, что из компании систематически выводятся деньги. Причем очень большие деньги. И компанию намеренно топят невыгодными сделками, словно хотят убрать крупного игрока с поля боя.

Он слушал меня очень внимательно, не перебивая, не задавая уточняющих вопросов. Его лицо оставалось непроницаемым, но во взгляде я видела напряженную работу мысли.

— Я видел подобные схемы раньше, — наконец сказал он тихо, и в его голосе прозвучала какая-то старая, застарелая боль. — Харизматичный, обаятельный мужчина женится на наследнице семейного бизнеса. Входит в доверие к ней и к ее семье. Постепенно берет все больше управленческих функций в свои руки. А потом начинает медленно, очень методично обескровливать компанию, выводя активы через подставные фирмы, завышая расходы, заключая невыгодные сделки с подконтрольными ему поставщиками. До тех пор, пока от некогда процветающего семейного дела не останется одна красивая оболочка.

Он замолчал, глядя куда-то в сторону, сквозь панорамные окна лобби на утреннюю Москву. В его глазах промелькнула тень настоящей, глубокой боли — той, которая не проходит с годами.

— Такие люди считают себя неуязвимыми, — продолжил он, снова переводя взгляд на меня. — Они уверены в своей гениальности и в глупости всех окружающих. Они редко ошибаются в оценке людей, умеют выбирать жертв. Но иногда... иногда они все-таки недооценивают своих противников.

Я поняла, что он говорит не только обо мне. Он говорил о чем-то своем, личном.

— У вас был подобный опыт? — осторожно спросила я.

— Эм... не совсем, — чуть помедлив, ответил мужчина, и я услышала в его голосе сдерживаемую ярость. — Я могу вам помочь, Анна. У меня есть ресурсы. Моя служба безопасности может провести проверку всех контрагентов вашего мужа. Выяснить, кто стоит за фирмами-пустышками, куда уходят деньги.

Он достал визитную карточку и положил на стол.

— Если решитесь — позвоните. Скажете кодовое слово «Хельсинки». Но помните — как только сделаете этот звонок, пути назад не будет.