После измены. Новая я! - Ива Ника Страница 36

— Ну мы пошли, — Полина пятится к двери, хватая сестру за руку.

Смотрю на близняшек со смесью мольбы и негодования. Они не могут меня бросить… не сейчас, когда я остаюсь один на один с разъяренным хищником. Тем более, это их вина.

Но Марина быстро следует за сестрой, лишь на секунду останавливаясь в дверях, чтобы робко показать мне большой палец и прошептать одними губами «Удачи». После чего дверь захлопывается, оставляя меня на растерзание ректору.

— Так о чем была речь? — его голос не становится мягче.

Прикрываю глаза, тяжело вздыхаю и тут же вновь распахиваю веки.

— Вы все неправильно поняли, — разворачиваюсь на пятках.

Вадим Данилович стоит, прислонившись плечом к закрытой створке двери. Его руки сложены на груди. Поза в целом расслаблена, но вот взгляд… мне кажется, он прожигает меня насквозь.

— У вас есть минута, чтобы все объяснить, — настойчиво произносит ректор.

И снова эти временные рамки. Кажется, Вадим Данилович повернут на точности. Мне это в новинку, никогда не общалась с такими людьми.

— Я лишь… — замолкаю. Черт! Я не могу выдать девочек. Ведь по сути, если я расскажу правду, то получится, что подставлю их. А эти ураганчики точно этого не заслуживают. — Я лишь хотела сказать, — прочитаю горло, но подходящих слов все никак не находится. — В общем, я не считаю вас евнухом. Просто… к месту пришлось. Ну это как с врачом, я пыталась объяснить, что вы для меня бесполое существо. Черт! — заканчиваю совсем тихо, понимая, что сама себя закапываю. — Простите! — смотрю в пол, складываю руки перед собой, сцепляю пальцы в замок.

В приемной повисает давящая тишина. Мне хочется добавить еще что-нибудь, но я боюсь усугубить ситуацию. Наверное, нужно собираться на выход.

— Секретарь, евнух… — задумчиво произносит ректор, отчего я сжимаюсь еще больше. — Интересно, кем я у вас буду в следующий раз.

— Извините, — снова неуверенно смотрю на Вадима Даниловича. — Этого, правда, больше не повторится.

— Да уж, будьте так любезны, — строго выговаривает он. — Помните, что вы на работе, и в ваши обязанности не входит копаться в чужих… трусах.

При упоминании нижнего белья щеки начинают нещадно пылать. Стыд затапливает меня с головой. Что за такое?! Почему при этом мужчине я показываю себя в самом невыгодном свете? Все наши немногочисленные встречи сопровождались моим тотальным унижением. Как же неловко. Переминаюсь с ноги на ногу.

— Ладно, — вдруг выдыхает Вадим Данилович. И атмосфера вокруг буквально разряжается. Позволяю себе немного расслабиться, но только совсем чуть-чуть, чтобы не потерять бдительность. — Сделайте мне кофе — черный, без сахара. И идите на обед.

— Конечно, сейчас все сделаю, — тут же киваю. — Но на обед я не пойду. Лучше еще поработаю.

— Не глупите, — ректор приподнимает бровь. — Еще язву желудка не хватало заработать.

— Все хорошо, — говорю как можно увереннее. — Я просто не хочу.

Вадим Данилович хмурится.

— Ваше дело, — бросает он и скрывается в своем кабинете.

Облегченно выдыхаю, оседая в кресло. Вытираю вспотевшие ладони о юбку платья. Кажется, пронесло. Сердце еще долгое время продолжает отбивать чечетку в груди. Но стоит ему успокоиться, как я понимаю, что мне стало легче… действительно легче. Апатия ушла, оставив за собой грусть. Но я уже не хочу рвать на себе волосы.