Бывший - все сложно - Ольга Тимофеева Страница 37

— Вот так жив. Я, когда первый раз его увидела, не поверила. Думала призрак. В обморок даже упала. А он жив…

— Вот же… А теперь чего явился? Ты его простила, что ли?

— Он не явился, он вернулся я. Мы были на дне рождении у Сониного мужа, а это его друг, оказывается. Они работают вместе. Не уходить же…

— И ты про Борьку ему, конечно, уже все рассказала.

— А почему б не рассказать? – заступается папа. – Она одна его растит, сделал, будь добр плати алименты.

— Папа прав, пусть знает, чего скрывать от него. Я, кстати, не жду от него помощи и денег, больше хочу, чтобы он вину понял, каким ослом был.

— Был и остался, – поддакивает мама. – Да он и вина, успокойся Кир.

Нет, это его точно заденет, очень глубоко. Они просто его не знают так, как я.

— Но Боря ничего не знает, и я не знаю, говорить ли ему, – завариваю себе чай.

— Кирюш, а Олежек, как же?

Передергивает от этого ее Олежек. Они бы знали…

— Мы расстались с Олегом.

— А он же обещал…

— Слушайте, что мы сами не справимся? У нас что на Олеге все завязано, что ли?

— Все лучше, чем никто.

— Как знать, кто лучше… Мам, Никита сказал, что из-за Олега уехал. Тот же врач, сказал ему, что Ник не может иметь детей и получается Боря не от него. Типа я изменила.

— А от кого Боря? Вы меня запутали, – откладывает окончательно газету папа и снимает очки.

— От Никиты, пап.

— Кирюш, – мама поднимается и завешивает шторы, – а он что маленький, что ли? Слушать всех. Не не, не оправдывай его. Может, Олег ему что-то еще сказал, а этот не так понял. Что за мода. Не разобраться, шашкой махнуть и уехать. Ни девушка, ни ребенок не нужен. А может, перекинул с больной головы на здоровую? Кир, ты всем подряд-то не верь.

— Вот я и хочу сама во всем разобраться. Но что Олег приложил к этому руку, исключать нельзя. Мне даже сейчас кажется, что он Борю ненавидел из-за того, что на Никиту похож. Лекарствами напичкать хотел, на учет поставить.

— Кира, ты как придумаешь! – мама пересаживается, дает мне свободный стул. – Я говорила с Олегом. Он сказал, что просто хотел помочь, потому что любит вас. Любит. Не бросает, как некоторые, а заботится и рядом всегда.

— Ладно, давайте каждый при своем останется. Мам, и обещай, что если Олег приедет вдруг и будет что-то Боре давать, то ты это остановишь.

— Да поедет он… Ты ж всех разогнала. Надеюсь, у тебя хватит ума больше с Никитой не сходиться.

— Да, дочь, – поддерживает ее папа, – что один, что второй, ненадежные субъекты. Доверять таким… Дорого потом выходит.

— Я ни с кем не схожусь. И Боре пока тоже ничего не говорите.

— Я чувствую, он сам нам все расскажет.

— Отцовский инстинкт не сработал. Зато сыновий. Он, как увидел его первый раз, так только теперь и разговоры про Ника. Он мне уже заикнулся, что хорошо бы такого папу, как он.

— М-да… отец, – подпирает щеку мама, – не было у нас печали.

Борька уже сопит в подушку. Перекочевал ко мне.

Обнимаю его, глажу по макушке и целую. Он вздрагивает во сне и что-то бормочет. Поджимает ножки, как котенок. Поправляю его загипсованную руку.

Беру телефон и проверяю перед сном. Там два непрочитанных.

Одно от Сони, ей отвечаю, что у родителей уже, все нормально.

Второе с неизвестного номера.

Олег, что ли, опять? Но открываю.

"Привет еще раз. У тебя что, правда, никого не было после меня?"