Его пленница. На грани ненависти - Дарья Милова Страница 40

Щёлк. Замок сдаётся, будто сам понимает, что время пришло.

Внутри пахнет кожей, бумагой и чем-то сухим, дорогим — запах, который всегда напоминал мне о контроле Виктора.

Шторы задвинуты, свет падает полосами, и от этого комната кажется ещё более закрытой.

Подхожу к столу. Провожу пальцами по крышке — отполированное дерево, ни пылинки. Лазарев никогда не оставляет лишнего на виду.

Но я знаю, что всё, что мне нужно, не на виду.

Я обхожу стол, опускаюсь в кресло Лазарева.

Экран компьютера оживает после пары нажатий клавиш, встречая меня чёрным фоном и строгим запросом пароля.

Улыбка сама проскальзывает на губах — Виктор слишком уверен, что его система неприступна.

Две минуты — и защита падает.

Вставляю флешку, индикатор загорается красным.

Достаю телефон, набираю Илью.

— Можешь перекачивать, — говорю тихо. — Надеюсь, там будет что-то про Сашу.

— Есть. Процесс уже пошёл, — голос Ильи ровный, но я слышу, что он чего-то недоговаривает.

— Говори, — роняю, глядя, как полоска прогресса медленно заполняется.

— Когда я вырубал камеры, наткнулся на один фрагмент. Не смог не заметить.

— И? — у меня уже в груди неприятный холод.

— Запись с коридора у твоей спальни. Она… выходит от тебя. Волосы растрёпанные, на ней только футболка. И не твоя, судя по размеру. Знаешь, Морозов, теперь я понял, почему ты тогда перенёс нашу ночную операцию. На сегодня.

Я замираю, сжимая мышку так, что пластик хрустит. В голове тут же всплывает воспоминание — горячая вода, её мокрые руки, её стон у меня под ухом.

— Вадим… — Илья протягивает моё имя с осторожностью. — Я это удалю. Полностью. Но ты же понимаешь, что если бы Лазарев увидел…

— Удали, — говорю жёстко, не давая ему договорить.

— Уже в процессе, — отвечает Илья.

Я провожу рукой по лицу, стараясь стереть из головы её взгляд, когда она стояла напротив меня в душе, и тот чёртов смех у бассейна.

— И удали сегодня бассейн, — бросаю в трубку.

— Уже, брат, — он выдыхает, но в его голосе сквозит то самое «но», которое я терпеть не могу. — Но она играет с тобой в опасную игру. И ты уже в ней по уши.

— Это не твоё дело, — роняю в ответ, но сам знаю, что он прав.

— Моё, — отрезает он. — Не забывай, зачем ты здесь. Увлечёшься — и похоронишь всё. Себя заодно.

Слова Ильи бьют в голову, как выстрелы. Коротко. Точно. Без промаха.

Надо не забывать, для чего я здесь.

Моя цель. Чёткая, холодная, без эмоций.

Не Ева. Не её стон, не её дерзкие улыбки и взгляд, который будто раздевает меня до костей.

А Лазарев. И то, что он сделал.

Всё остальное — шум, от которого нужно отгородиться, иначе утону.

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Нужно держать дистанцию. Нужно.

Но, чёрт, эта девчонка делает её невозможной.

— Всё, — голос Ильи возвращает меня в реальность. — Перекачено. Можешь вытаскивать флешку и убираться оттуда.

Я выдёргиваю её, сразу прячу во внутренний карман.

— Завтра ночью встречаемся на нашем месте, — продолжает он. — Передашь мне лично.

— Понял, — коротко отвечаю, уже вставая из кресла.

— И, Вадим, — Илья чуть понижает голос, будто мы не одни на линии, — не вздумай облажаться за эти сутки.

— Не облажаюсь, — роняю в ответ, хотя сам не до конца уверен, что говорю правду.

Я отключаюсь, кладу телефон в карман и ещё пару секунд стою, глядя на чёрный экран компьютера Лазарева.