Бывший - все сложно - Ольга Тимофеева Страница 41

Обнимает меня уверенно, даже как будто профессионально. Одна рука крепко сжимает талию. Другая – берет мою, делает первый небольшой шаг, пробует следующие. Я подстраиваюсь. Получается с первого раза – будто мы давно в паре. Не надо слов, все понятно по движениям.

— Танцевал раньше?

— Танцевальный класс девять лет в школе.

— Ого.

С ним правда комфортно. Он ведет меня, плавно, точно, и мы, даже не отрепетировав ни разу, начинаем двигаться в такт мелодии.

— Вот! Вот это то, что надо! Супер!

Танец выходит вау. Но мурашки у меня бегут от другого. Я буквально физически чувствую на затылке, на лопатках, под кожей взгляд. Догадываюсь даже чей.

Мельком веду взглядом по группе поющих и пересекаюсь с Ником. Смотрит на нас, не мигая.

Конечно никто не в курсе всей драмы между нами. Да и догадаться сложно на самом деле.

Ренат продолжает двигаться, и я перевожу на него взгляд.

С нашей репетиции я сбегаю первой, не хочу ни с кем ехать и разговаривать. Теперь уже, когда я много где участвую, вроде как и неудобно сказать, чтобы искали кого-то другого.

Поэтому на следующий день после работы иду опять на репетицию.

Но организм этого не понимает – ладони мокрые, в груди гул, будто я не в кеды переобуваюсь, а в свадебное платье.

В зале уже все. Алексей раздает листовки, Рита на полу разминается, а Никита стоит у окна, скрестив руки на груди. Со всеми здороваюсь. Пока ждем Таню, я пытаю Лешу, как там Соня. Все, что угодно, лишь бы не пересекаться с Ником.

— Здорово, – кивает Ренат всем, жмет руки, меня обнимает. – Привет.

— Так, все в сборе? – забегает Танюша.

Пересчитывает нас про себя.

— Отлично. Начинаем. Вот вам сценарий, я все придумала.

Взрослые дяди и тети, а репетируем детей в детском саду. Маленький театр абсурда.

Я в халате, с кастрюлей в руках и огромной деревянной ложкой. В роли "воспитательницы", хотя, глядя на этих клоунов, сложно не рассмеяться самой. Передо мной: Леша с передником и плюшевым зайцем, Ваня с надутыми щеками и Рита, которая зачем-то причесывается ложкой.

— Так, мои зайчики, встаем-встаем-встаем! Кто кашу есть не хочет – тот в угол идет, – грозно стучу ложкой по кастрюле.

— Я не буду! – надувается Ваня, – она с комочками и убегает. За ним Рита.

Все хохочут, изображают "утро в садике".

И тут – сирена. Звонок. Красный свет.

По сценарию кто-то должен пустить дым. Тут забегают Ренат и Никита в форме МЧС.

Ренат выводит детей. А Никита подхватывает меня, перекидывает через плечо и тоже выносит со сцены.

— Этого нет в сценарии, – бурчу ему в спину.

— Мне казалось тебе нравятся импровизации.

Ставит на пол.

— Ты мне трусы промочил! И кашу испортил! – бубнит за ширмой Ваня детским обиженным голосом.

Особого смысла туда и не вкладываем. Задание сделать представление о своей работе, с юмором, легко и живо.

Выстраиваемся и поем песню, Я с Ренатом в конце, как и репетировали, танцую.

На следующий день репетиции нет, у ребят смена. Я пользуясь выходным хожу по магазинам, покупаю то, что еще надо взять с собой. Вроде как Таня нас в палатку к себе ночевать возьмет, но сказала, что нужен спальник свой, надувная подушка.

Звонок. Никита.

Записала его номер, потому что, вероятно, встречаться с ним еще придется.

По поводу Бори я говорить не хочу. Но может что-то по поездке? Глупо не отвечать.