Жестокий никах: моя сестра заняла мое место - Мила Реброва Страница 44

— Конечно знаю. Ты жалеешь, что поспешил с разводом. Думаешь, я не вижу, как тебя сейчас гложет, что она снова стала нормальной?

— Перестань, — говорю я спокойно, стараясь не показывать, как её слова задевают меня. — Это уже ничего не изменит.

Она подходит ещё ближе, её глаза сверкают злостью и обидой.

— Значит, я права? Ты действительно хотел избавиться от неё, потому что решил, что она уже никогда не станет прежней?

Я не отвечаю сразу. Смотрю на неё тяжело и наконец говорю правду:

— Да, я думал именно так. Я думал, что она уже не встанет, не будет нормальной женщиной. Я не собирался всю жизнь быть сиделкой при инвалиде. Я хотел нормальную жизнь.

Она смотрит на меня так, будто впервые видит.

— А теперь что? — тихо спрашивает она. — Теперь видишь, что она поправилась, и жалеешь?

Я отворачиваюсь к окну и выдыхаю устало:

— Даже если и жалею, теперь это уже неважно. Ничего уже не вернуть.

Ада подходит ещё ближе и останавливается почти вплотную ко мне.

— Нет, — холодно говорит она, — теперь уже точно ничего не вернуть. Потому что ты переспал со мной. Теперь ты обязан на мне жениться.

Я смотрю на неё и усмехаюсь.

— Обязан? Я тебя силой, что ли, заставлял?

Она резко бледнеет, её глаза вспыхивают от негодования и обиды.

— Ты прекрасно знал, что делаешь, — говорит она дрожащим голосом. — Ты знал, что я из-за тебя откажусь от всего — от сестры, от семьи! Ты обещал мне!

— Я ничего тебе не обещал, — перебиваю я её резко. — Ты сама хотела быть со мной. Ты сама позволила мне это сделать. Теперь не надо выставлять себя жертвой.

Она замирает и смотрит на меня с ненавистью.

— Значит, ты просто использовал меня? Просто переспал со мной, чтобы заменить Азу?

Я пожимаю плечами и смотрю на неё холодно:

— Ты прекрасно знала, зачем я пришёл. И не говори теперь, что ты сопротивлялась. Ты сама хотела этого, сама ждала. Ты получила то, чего хотела, а теперь изображаешь из себя невинность?

Она молчит несколько секунд, и я вижу, как на её глазах появляются слёзы, которые она сдерживает из последних сил.

— Знаешь что, — говорит она тихо и зло, — Ты сам себя наказал. Хотел чтобы я заменила ее для тебя, а теперь стоишь здесь и смотришь на неё, как жалкий идиот.

Я снова отворачиваюсь к окну, чувствуя, как начинает болеть голова.

— Это уже не твоё дело, — устало отвечаю я.

— Ещё как моё, — продолжает она резко. — Я тебе скажу больше. Ты хотел новую жену — получай её. А она никогда к тебе не вернётся, понял?

Я снова смотрю на неё, но уже ничего не говорю. Она подходит к двери, останавливается и оборачивается ко мне в последний раз.

— А знаешь, что самое смешное? — говорит она с горькой усмешкой. — Она теперь снова такая, какой была раньше. Живая, красивая, счастливая. Только теперь она такая с твоим братом, а не с тобой. И это твоё наказание.

Она резко выходит, громко хлопнув дверью, и я остаюсь один. Подхожу ближе к окну, смотрю во двор, где недавно стояла Аза. И впервые за всё это время по-настоящему понимаю, что сделал.

Я не просто потерял жену. Я потерял женщину, которую теперь любит мой брат. Женщину, которая могла бы быть со мной, если бы я не поторопился, если бы дал ей шанс снова встать на ноги. И теперь мне остаётся лишь стоять здесь и смотреть, как она становится счастливой без меня.