Предатель. Право на ошибку - Дарина Королёва Страница 5

— Хорошо... Я напишу это на листочке… А почему не планшет, не телефон?

Сын пожимает плечами, и в его детских глазах вдруг мелькает что-то такое взрослое, мудрое, что у меня сжимается сердце.

— Можно же всего одно желание загадать? Потому что всё остальное можно купить. Я вырасту, буду так много зарабатывать, чтобы мама с папой не работали, тогда у них будет больше свободного времени, чтобы проводить его с нами...

Записываю его слова. Мой маленький мудрец. Когда он успел стать таким проницательным?

Мы складываем самолетик — три пары рук, три желания, три надежды.

— Ну, идём на балкон?

Втроем выходим на лоджию. Открываю окно, и в лицо бьет свежий морозный воздух. Снег продолжает сыпать, укрывая двор белым одеялом. В свете фонарей это выглядит волшебно.

— Кто хочет запустить?

— Можно я?! — Артемка подпрыгивает от нетерпения.

Он берет самолетик благоговейно, зажмуривается на секунду, словно собираясь с духом, и выпускает его в снежную круговерть.

— Пусть наш самолетик долетит до Деда Мороза!

Мы стоим, обнявшись, и смотрим, как бумажная птица наших желаний кружится в воздухе, поднимается всё выше и выше, пока не исчезает за пушистыми шапками деревьев.

А я думаю о том, что самое главное желание сегодня загадал мой пятилетний сын.

И оно обязательно должно сбыться.

Должно…

* * *

На следующее утро я складываю последние пакеты с продуктами. Снегопад почти закончился, но небо низкое, свинцовое — кажется, вот-вот снова начнется метель. Дети нетерпеливо переминаются рядом, Артем то и дело подбегает к дороге — высматривает машину Иры.

Персик носится вокруг нас, оставляя на свежем снегу глубокие следы. Его золотистая шерсть припорошена снежинками, а в карих глазах пляшут веселые искорки — он обожает поездки и уже чувствует предстоящее приключение.

Наконец у поворота показывается красный Лексус. Ира сигналит нам и машет рукой из окна. Она паркуется рядом, и я невольно залюбовалась подругой — безупречная, стильная. Белая шубка с пушистым мехом, изящная меховая шапка, идеальный макияж. Рядом с ней именно сейчас я чувствую себя какой-то помятой, не выспавшейся — всю ночь ворочалась, прокручивая в голове странный разговор с Ромой.

— Приветики! — Ира выпархивает из машины, цокая белыми сапожками по обледенелому асфальту. — Ну как вы?

— Все хорошо, — улыбаюсь я, помогая детям забраться на заднее сиденье.

Персик запрыгивает следом, устраивается между ними. Алина сразу достает планшет, а Артемка прилипает к окну — он обожает рассматривать проносящиеся мимо дома и деревья.

— Значит, Рома там в сугробах застрял? — Ира выруливает со двора, бросая на меня быстрый взгляд.

Я вздыхаю, разглаживая несуществующую складку на утеплённых джинсах.

Молчание — знак согласия.

Ирка морщит свой идеальный носик.

— Ну и дела...

Я отворачиваюсь к окну. Не хочу видеть этот её понимающий взгляд, не хочу слышать то, что она собирается сказать.

Мы выезжаем за город, и я с облегчением погружаюсь в созерцание зимнего пейзажа. Белоснежные поля, припорошенные инеем деревья, бескрайнее серое небо… Какая красота…

Через полчаса дети затихают — уснули, убаюканные мерным гулом мотора. Даже Персик дремлет, положив голову на колени Артёму.

— Умаялись, птенчики! — Ира умиленно разглядывает их в зеркало заднего вида. — Я там, кстати, подарки приготовила, от меня. Засунь под ёлку, ладно?