Таня, бандит тебе не няня! - Мира Цветова Страница 50

Глава 23

Вик

Признаюсь, я до последнего надеялся, что она здесь ни причём…

Но ответ Арины подтверждает мои худшие опасения.

— Это была Рада, — говорит прачка, — ваша невеста.

— Бывшая невеста, — поправляю машинально. — Чёрт, Рада с дядей сами себя закапывают.

У меня остаётся только один вопрос: как она узнала код от сейфа?

Не помню, чтобы я при ней открывал его или говорил сам код…

Выясню это сегодня или завтра, при встрече с Раженко.

Но уже сейчас мне понятно одно: старик и его племянница сами себе подписали смертный приговор.

Теперь самое главное – убедить остальное правление в том, что Раженко обманывает меня и других, что его деятельность может быть опасной как для бизнеса, так и для города.

— Вы же не позволите Раде и её дяде навредить мне? — спрашивает старенькая прачка и смотрит на меня с надеждой.

— Не бойтесь, — отвечаю спокойно, — мои парни не дадут вас в обиду, но будьте готовы повторить своё признание перед правлением.

Арина кивает, хоть и неуверенно.

— Всё будет холосо, — гладит её по руке малая, — есви сто, детстадовские вас заситят!

— Да, — киваю с серьёзным видом, — можете быть спокойны, детсадовские сегодня – самая влиятельная группировка, с ними вам точно никакой Раженко не страшен.

Дочь, сидя с важным видом, соглашается, а прачка только хлопает глазами, не понимая нашего юмора.

— Что дальше, Вик? — спрашивает Лиля. — Будешь разбираться с Раженко… как раньше?

— Нет, — усмехаюсь, — сейчас проблемы решают по-другому, Лиля, мирным путём. Главное, убедить правление в том, что старик может быть опасен для нашего бизнеса.

Тут, само собой, в дело вступает малая.

— Есви надо, пап, детсадовские обвадают холосым далом убездения! Мы убедиви нянеську давать нам мовоко без пенки.

— Хорошо, что детсадовские на нашей стороне, — киваю, — наказывать я вас, Арина, не буду, но и отпустить пока не могу, ради вашей же безопасности, какое-то время поживёте здесь, в комнате персонала, пока мы не уладим вопросы с Раженко.

Прошу Лилю и Таню пока побыть в зале, чтобы на отвлекали, а сам отправляюсь в кабинет, чтобы поговорит со стариком без посторонних ушей.

Набираю старика, терпеливо жду, когда он ответит.

Наконец, длинные гудки сменяются треском помех, и я слышу противный скрипучий голос Раженко:

— Готовься к войне, Виктор!

— И тебе привет, Венимир, — усмехаюсь я, — война отменяется, твой попытки исключить меня из правления провалились. Больше того, мои сотрудники сдали твою Раду, теперь я в курсе, что она пыталась подставить меня и похитить деньги, поэтому шансов у тебя никаких…

— Я уничтожу тебя, весь твой бизнес и всю твою семью, Виктор! Даже не пытайся ставить мне палки в колёса.

Вот же вредный старый пень…

— А я натравлю на тебя детсадовских, Венимир, эти ребята тебя вмиг размотают, будешь молоко с пенкой пить и о пощаде молить!

Сам не знаю, что на меня нашло, но на старика мои угрозы явно производят впечатление.