Его пленница. На грани ненависти - Дарья Милова Страница 51

На конверте нет адреса, только аккуратные, знакомые до боли буквы: Не открывай при посторонних.

— Что ты там делаешь? — голос за спиной холодный, ровный, и я вздрагиваю так, что чуть не роняю находку.

Обернувшись, вижу Тамару Васильевна. Она стоит в дверях гостиной, руки сложены на груди, взгляд — цепкий, изучающий.

— Уже поздно, Ева, — говорит она тихо, подходя ближе. — И, судя по твоему лицу… ты только что нашла что-то, чего не должна была.

Её взгляд скользит к доске в полу, а потом к моей руке.

Я зажимаю конверт пальцами так, что костяшки белеют.

Тамара приближается медленно, будто хищник, чтобы не спугнуть добычу.

На её каблуках пол почти не скрипит, но я всё равно слышу каждый шаг — слишком отчётливо.

— Покажи, — говорит она, кивая на мою руку.

— Это… ничего, — отвечаю слишком быстро, и в ту же секунду понимаю, что этим только привлекла внимание.

— Ева, — её голос понижает тон, становится мягким, почти ласковым, и от этого по коже бегут мурашки, — мы же знаем, что в этом доме нет ничего случайного.

Она тянет руку вперёд, но я, не отводя взгляда, прячу конверт за спину.

В глазах Тамары загорается что-то опасное.

— Ты ведь понимаешь, — произносит она тихо, с паузами, как будто каждое слово весит килограмм, — что если Виктор узнает… у тебя будут проблемы. И у него тоже.

Я делаю шаг назад, чувствуя холод пола через тонкую ткань пижамных штанов.

— Значит, Виктор не узнает, — роняю я, и голос мой дрожит не от страха, а от злости.

Тамара чуть улыбается уголком губ, но эта улыбка — из тех, что лучше бы никогда не видеть.

— Ты всё больше становишься похожа на мать, — произносит она так, будто это предупреждение, а не комплимент.

На секунду она задерживается, изучая меня, а потом поворачивается к двери.

— Ладно. Спрячь это подальше, если думаешь, что сумеешь сохранить. Но, Ева… — она оборачивается, и её глаза становятся ледяными, — в этом доме нет секретов.

Дверь за ней закрывается почти бесшумно, но напряжение остаётся висеть в воздухе.

Я медленно выдыхаю, прижимая конверт к груди. И понимаю — теперь мне нужно найти место, куда даже она не сможет добраться.