Спорим, не отвертишься? - Мари Скай Страница 51

Он, не поворачивая головы, тянется к маленькому серебряному колокольчику на столике и звонит. Тонкий мелодичный звук разрезает тишину. Почти сразу появляется женщина в скромном платье и переднике, безмолвно забирает заказ и исчезает. Мы снова остаемся втроем.

Я рассматриваю узор на ковре, чувствуя на себе тяжелый взгляд.

— Итак, — голос деда звучит неожиданно громко, и я поднимаю голову. Он смотрит прямо на меня. — Вы та самая девушка, из-за которой мой внук готов отказаться от всего. От бизнеса, от положения в обществе, от будущего, которое я для него выстроил.

Я чувствую, как краснеют щеки.

— Я не просила его об этом, — отвечаю я тихо, но твердо. — И не заставляла. Это его решение.

— Знаю, — он усмехается, и в этой усмешке проскальзывает что-то человеческое. — Сашка всегда был упрямым, как сто чертей. В меня. Если он что-то вбил себе в голову, его не переубедить ни деньгами, ни угрозами. Это я в нем уважаю.

— Я люблю его, — выпаливаю я, понимая, что тянуть резину нельзя. — Правда. Не за деньги, не за…

— Любовь, — перебивает он меня, и его голос становится жестким. — Молодые люди так легко бросаются этим словом. Для вас это эмодзи с сердечками и совместные фото в Инстаграме. А что вы, Алиса, знаете о любви на самом деле? Что вы готовы отдать за эту любовь?

Я смотрю ему в глаза. В них не враждебность, а какой-то стальной, испытующий интерес.

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Я не философ. Но я знаю точно: я готова на всё, чтобы он был счастлив. Даже уйти, если пойму, что мое присутствие делает его несчастнее, чем отсутствие. Если я — это угроза его семье, его будущему… Я уйду. Сама.

Дед смотрит на меня долго. Очень долго. Пауза затягивается настолько, что я начинаю слышать стук собственного пульса в ушах.

— Саша, выйди, — говорит он вдруг, не отрывая от меня взгляда.

— Дед, — Саша напрягается всем телом, подается вперед. — Давай без этих штучек. Мы приехали вдвоем, значит и…

— Выйди, я сказал, — голос деда звучит непререкаемо. — Хочу поговорить с девушкой наедине. Без сопливых подсказок. Или ты мне не доверяешь?

Саша смотрит на меня, в его глазах тревога и вопрос. Я чувствую, как его рука сжимает мою. Я делаю глубокий вдох и киваю ему.

— Все хорошо, — шепчу я. — Иди.

Саша нехотя встает, бросает на деда тяжелый взгляд и выходит, плотно закрывая за собой дверь.

Мы остаемся вдвоем. Тишина становится почти осязаемой.

— Рассказывай, — говорит дед. — Всю правду. От начала и до конца. Без прикрас и без того, что он тебе велел говорить. Про то, как вы встретились на самом деле.

И я рассказываю.

Я рассказываю всё. Про маму, про её долги, про то отчаяние, когда кажется, что мир рухнул. Про бар, где я мыла полы, и про то, как в этом баре появился он — молодой, красивый, пахнущий дорогим парфюмом и деньгами. Про его безумное предложение, которое сначала показалось мне оскорбительным, а потом — единственным спасательным кругом.

Про контракт. Про пункт «без чувств». Про то, как мы пытались быть деловыми партнерами и как с треском провалили этот эксперимент.

Я рассказываю про Веронику, про её подлость, про вечеринку, где всё раскрылось. Про тот ужас, когда я думала, что всё потеряно. Про скандал, который мы пережили.

Я не скрываю ничего. Даже самые стыдные моменты: как я ревновала, как злилась, как хотела сбежать, как плакала по ночам, боясь признаться себе, что влюбилась в собственного работодателя.