Развод. Как можно такое простить? - Елена Попова Страница 54

— Нет, это с тобой он будет решать вопросы! — неожиданно раздается голос его белокурой. — Мы сейчас приедем в Москву и сразу напишем на тебя заявление, поняла?! Думаешь, самая умная? Ошибаешься! Ты прекрасно знаешь, что подставила меня, и я это так не оставлю! Ты за все ответишь!

Она скидывает звонок, я глубоко вздыхаю и тихо произношу:

— Сначала попробуй докажи.

Резко оборачиваюсь от странного звука и вижу, как зеркало со стороны водителя висит на проводах. Видимо, его только что снес водитель той синей иномарки, которая стремительно удаляется от заправки.

Выбегаю из машины и машу рукой.

— Стойте!

— Что случилось? — подходит ко мне Денис с двумя стаканчиками кофе.

— Тот водитель только что врезался в вашу машину. Снес зеркало и даже не остановился. Нужно догнать его.

Денис молча смотрит на зеркало, затем — на удаляющуюся иномарку, и с невозмутимым видом подает мне кофе.

— Здесь есть камеры, так что за поломку ему так или иначе придется ответить, не переживайте.

— Тогда оставайтесь здесь, вызывайте полицию, а я дойду пешком. До дома отца минут десять отсюда.

— Я поеду обратно через три дня. Если нужно, подхвачу вас.

— Пока что не знаю, сколько здесь пробуду, — отвечаю, забирая с заднего сиденья свою сумку. — Все зависит от состояния отца.

— Тогда на связи, — подмигивает Денис.

— Спасибо, что выручили. И за кофе тоже, — киваю на стаканчик.

По пути заскакиваю в магазин, покупаю кое-какие продукты домой и коробку конфет для Люси, чтобы отблагодарить ее за то, что присмотрела за отцом. Вхожу в квартиру и застаю его на кухне.

— Привет, пап! — обнимаю его. — Как ты себя чувствуешь?

— Приехада все-таки, — вздыхает он. — Я же сказал тебе, что это просто простуда, — едва успевает договорить, как начинает кашлять. И этот кашель мне совсем не нравится.

— Простуда, да? — сердито смотрю на него. — Давай-ка собирайся. Сейчас же поедем в больницу.

С трудом уговариваю его показаться врачу, везу на такси в больницу, где ему ставят диагноз: пневмония.

— А дома лечиться нельзя? — возмущается, глядя на доктора.

— Нет! — гаркаю я. — Ты уже занимался самолечением, и посмотри к чему это привело. Скажи спасибо соседке, которая сообщила мне, что ты болен. Боюсь представить, что было бы, если б она мне не позвонила.

Отца уводят в палату, я еду за его вещами, передаю их через медсестру, возвращаюсь домой за конфетами, заодно кладу в карман пульсоксиметр, который Люся оставила отцу, чтобы он измерял сатурацию. Уже почти без сил вхожу в соседний подъезд, поднимаюсь на четвертый этаж, нажимаю на звонок и через секунду на пороге появляется Люся.

— Ой, привет, Алин! — улыбается подруга. — Какими судьбами?

— Привет, — обнимаю ее и подаю пакет с коробкой конфет. — Принесла тебе маленькую благодарность за то, что поухаживала за отцом.

— Да ладно тебе, не стоило. Прости, на чай не могу пригласить. У меня Константин. Мы сейчас с ним в кино поедем.

— Ничего страшного. Я побуду здесь несколько дней, так что, надеюсь, еще увидимся.

Прощаюсь с подругой, выхожу из подъезда, сую руку в карман, чтобы достать ключи и нащупываю пульсоксиметр.

— Снова подниматься... — устало протягиваю.

Делать нечего, приходится возвращаться. Только подношу палец к домофону, как из подъезда выходит женщина и пропускает меня. Поднимаюсь на второй этаж и слышу громкий голос Люси: