Дочь тренера. Бой без правил - Екатерина Аверина Страница 55

Может быть, я волновалась бы чуточку меньше, если бы на подкорке не были записаны бабушкины «ворчалки».

Прощаюсь с подругой. Быстро ополаскиваюсь под душем и погружаюсь в быт под любимые треки с телефона.

Успеваю закончить впритык к моменту, когда в прихожей замок начинает отщелкивать обороты. Выбегаю встречать отца. Он улыбается, бросает сумку с вещами на пол и тепло меня обнимает.

Нежусь в его сильных руках, ощущая всю мощь и поддержку, которую он источает.

— Тебя внизу ждут. Спустись, только оденься теплее, — говорит папа.

— А ты?

— Иди-иди. Он страдал и упахался, — смеется Терехов. — Только недолго. Время уже, — пальцем стучит по циферблату наручных часов.

А времени на то, чтобы переодеться и хоть немного подкраситься, у меня действительно уже нет. Ладно, Хаски видел меня в пижаме и… без топа.

Боже! Хватит об этом думать!

Поздно. В зеркале отражаются глаза, полные смущения, и розовые щеки.

Что он там еще говорил помимо своего заклинания? Что я не пай-девочка? Совсем в этом не уверена.

Накидываю куртку, всовываю босые ступни в кроссовки и выбегаю из квартиры. В лифте дышу глубже, чтобы Хаски ничего себе там не возомнил.

Из подъезда выхожу со спокойным выражением лица и тахикардией в груди. Мэт стоит у машины прямо под дождем. Лицо спрятано в тени натянутого капюшона, руки в карманах промокших штанов.

— С возвращением. — Мой голос предательски хрипнет, а пульс учащается, как только ноздрей касается едва уловимый запах его спортивного дезодоранта.

Мэт молча ловит меня за куртку, тянет к себе и прижимается к губам своими холодными губами. Мы жадно целуемся, забыв про дождь, про то, что нас могут увидеть. У меня колени подгибаются от его бессовестного горячего языка и хриплого, отрывистого дыхания.

— Я скучала, — признаюсь ему.

Он неожиданно вздрагивает. Замирает на мгновение и впивается в мои губы с новой силой, пытаясь через поцелуй рассказать, как соскучился он.

— Голова кружится, — шепчу в губы Матвею.

— У меня тоже, — смотрит на меня потемневшим взглядом.

Поправляю ему съехавший капюшон, а Мэт открывает мне дверь своей машины. Сажусь вперед. Он рядом на водительское. И все теперь гармонично.

Дышим как загнанные лошади, глядя друг на друга.

— Я тебе подарок привез. — Лезет в бардачок и вытаскивает оттуда интересный браслет. — Недалеко от спортивного лагеря есть поселок. Женщина приносила, предлагала. Она сама делает украшения и всеми возможными способами продает. Тай Юльке бусы купил, а я выбрал вот это.

— Красиво, — окончательно таю от такого жеста.

Бусины из яшмы, хрусталя и авантюрина на золотом ободке, закрученном в пружинку из трех оборотов, смотрятся очень нежно. Я даже знаю, к какому платью подойдет это украшение.

— А у меня для тебя нет подарка, — виновато опускаю взгляд.

— Есть. — Хаски проводит пальцами по моей щеке, сминает губы, подается вперед, влажно целует их. — Ты. Хочу тебя. Подаришь? Завтра, — положив ладонь мне на затылок, дышит в ухо, — я тебя украду. Тебе все понравится, — кусает за мочку, играет с ней языком, оставляет горячий влажный след на скуле. — Лекси… — От его тяжелого, обволакивающего голоса меня с ног до головы заливает новой волной жара.

— Хорошо, — шевелю онемевшими губами, ощущая, будто расписываюсь кровью в пожизненном контракте, не читая ни единого пункта.