Маня, суровый босс (не) твоя няня! - Мира Цветова Страница 55

— Мар-рия Николаевна, скорее идёт петь частушки, а то у дяди Пети скор-ро начнётся сериал пло Бандитский Кусьтербург!

— Сериал – это святое, — усмехается Коля, — идём, девочки.

Таня за лето вымахала ого-го, настоящая невеста, как говорят про неё другие девочки, которые последние пару месяцев усиленно занимаются с логопедом, мамой Гели, и стали отлично выговаривать почти все буквы.

Сам сосед дядя Петя уже сидит с баяном около дома.

А рядом с ним счастливый Волкодав, который приветствует девочек радостным лаем.

— Это главный судья ли чё ли? — спрашивает Маша.

— Ага, — смеётся Таня, — будет делать кусь, если частушка не понр-равится ему, так что ты старайся, Мань.

Дочь кивает, смотрит на соседа.

— Пошумим, дядь Петь!

— Пошумим, Ман, — смеётся он, — только сильно не шуми, у меня там куры цыплят высиживают.

— Не боись, дядь Петь, от частушек цыплята быстлее р-рождаются!

Сосед без лишних слов начинает играть на баяне, а Маша тут же подхватывает ритм и начинает петь:

— Есть у Людощек забава, на любовь лодным гадать, всех сосватают бандитки, подтвелдит вам Волкодав!

Пёс, услышав свою кличку, поднимает уши, а Маша явно входит в кураж и продолжает петь:

— Полюбила я бандита, с ним встлечаться начала, стал послушным и спокойным, Маньку слушает всегда!

В начале частушки я напрягаюсь, но под конец выдыхаю, а Коля, блин, покатывается от смеха и подбадривает дочь:

— Давай финальную, малая, жги!

Маша улыбается и запевает:

— Мы с девчулями в колготах все бандитки хоть куда, позови, решим воплосик, за деньги нет, за пряник да!

Девочки тут же хлопают в ладоши, а дядя Петя заявляет:

— Ну это чистая победа.

Таня смахивает воображаемую слезу и говорит:

— Ну манька, ты настоящая атаманша! Пообещай сталой бандитке, что детсадовские никогда не р-развалются.

— Обещаю, — кивает дочь, обнимая всех девочек по очереди, — мой слоган – никакой с гусями калинки, каждой бандитке по клубнике и малинке.

Я тут же вспоминаю об угощении, которое приготовила дочь подругам.

— Маш, ты помнишь про угощение?

— Ага, — кивает она и бежит в сторону дома, — чичас принесу.

— Тебе помочь? — спрашивает Коля.

— Не, я сама.

Таня следит, как Маша убегает в дом.

— А что там? — спрашивает у нас.

— Маленький тазик черешни, — улыбается Коля.

Девочки радостно потирают руки, но, не проходит и минуты, как Маша выскакивает на улицу и испуганно кричит нам:

— Мам, Пав, там Авр-рора щеночков рожает!

Спустя время

Василенко

Дела в городе заканчиваю уже ближе к вечеру, после офиса заезжаю к приятелю Алмасу, который решает в городе вопросы кавказской диаспоры.

Работать с Алмасом мне нравится, он парень серьёзный, тактичный, никогда не обманывает и за слова свои отвечает.

Вот, правда, сегодня он какой-то взволнованный.

— Всё нормально у тебя? — спрашиваю, замечая, что у него в квартире откуда-то появились детские игрушки.

— Сложно сказать, — усмехается он, — Послушай, Николай, у тебя же есть дети? Вроде, дочь, маленькая хулиганка?

— Не хулиганка, а бандитка в колготках, — поправляю я.

— О, круто, — кивает он, — можно я к тебе на днях заеду, нужная консультация опытного бати.

— Заезжай, — киваю я, — только пряники захвати с собой, к деревенским без угощения соваться опасно.

— Хорошо, запомнил, — соглашается он, — тогда завтра к вам в посёлок заскочу, но буду не один, предупреждаю.